Соперник не рванулся ко мне, чего я опасался, он, наоборот поднял руки и развлекал толпу, показывая свои мышцы и, особенно, гигантского размера бицепсы. Народ визжал, соперник не обращал на меня внимания, и я сделал первый шаг к труднейшей, но возможной победе. Пробил ему двоечку, со всей силы, делая акцент на ударе с сильнейшей руки. Зашло хорошо, но, пока, без видимого результата, я только разозлил мужика и заставил его неотступно ходить за мной, широко расставив руки. Я время не терял, встречал поставленными ударами голову, боясь больше всего, что сломаю кулак о лоб чудовища, который он постоянно пытался подставить под удары. Удары, не сказать, чтобы совсем не влияли на этого монстра, я снес уже одну бровь, разбил нос и порвал широко кожу слева от многострадального носа. Они даже немного замедлили его, он уже не лез, так широко расставляя руки, а пытался схватить меня за бьющую руку, больше стоя в центре и принимая удары на лицо. Я бы сказал, отбивал их лицом, все более кровоточащим, но пока я не видел возможности свалить его с ног.
Пару раз чудовище чуть не схватило меня, пытаясь перехватить руку и начиная понемногу перекрывать мне углы для отхода. Если он поймет, как это сделать, меня ждет бесславный конец, этот зверь просто сломает мне спину.
Я знал, что тяжелые удары в голову накапливаются и дают эффект в сумме, но этот тиранозавр, в человеческом обличье, стал только осторожнее и продуманнее, вытянул свои нечеловеческие конечности вперед, все настойчивее пытаясь перехватить бьющую руку. Черт, у него это получится рано или поздно, подумал я и пустил в ход ноги, даже вложив в удар немного маны, чтобы наверняка потрясти чудовище.
Удар в пах был очень силен и впервые динозавр сложился пополам, со стоном упав на одно колено. Я стремительно подлетел и пробил по открытому виску богатыря, раз, другой и тут почувствовал, что чудовищная кисть схватила меня под колено и скоро оторвет от земли. В панике от такого поворота, я успел ударить третий раз в висок, вложив в удар немало маны и, с огромным облегчением, почувствовал хруст под кулаком. Огромная ладонь потеряла захват, и я смог отскочить в сторону, освободившись из ловушки.
Чудовище потеряло ориентацию и слепо водило руками перед собой, стоя на одном колене. Я, помня чудовищную силу, не стал кидаться прямо, чтобы добить, зашел сбоку и ударом ступни сбил его вторую ногу. Он упал на оба колена и я, с наскока, зарядил ему снова по виску ногой, сбив его попытку подняться. Потом зашел сзади и сильным толчком в спину уронил чудовище на живот.
Публика неистовствовала, казалось, что трибуны обрушатся под весом скачущих и вопящих людей.
Соперник лежал на животе, машинально шевеля руками и не делая попыток подняться.






