ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герою пришлось перейти горы, чтобы избегнуть опасности в городе. Теперь он постепенно понимает, что ничего не знал про опасность до этого момента.. Слесарь 4 Иннокентий Белов Герою пришлось перейти горы, чтобы избегнуть опасности в городе. Теперь он постепенно понимает, что ничего не знал про опасность до этого момента.. Глава 1 БЫСТРОЕ ИЗМЕНЕНИЕ МОЕГО СТАТУСА Глава 1 БЫСТРОЕ ИЗМЕНЕНИЕ МОЕГО СТАТУСА Вот уже неделя, как я бреду по просторам Сатума в составе каравана, везущего вполне себе качественные изделия для обеспечения рабочего процесса в рудниках и шахтах. Неплохого уровня цепи и колеса для тачек, сами корпуса тачек, ручки к ним, лопаты, буры, ломы и кайло — вот список технологических изделий, которые производятся только в Сатуме, индустриальной столице этого мира. Рельсы в рудниках пока делают из дерева, плотного и крепкого, которое держит тяжелый груз, поэтому в товаре они не попадаются. Иду и размышляю, о том, что вижу и почему так все устроено в этой части света, странно ведь устроено. Зачем надо везти железо и медь, никель и свинец с оловом в Сатум, за тысячу двести километров, я долго не понимал. По пути нам навстречу попадались караваны, везущие руду, уже обогащенную и более чистую, чем просто добытая порода. Когда я узнал, что у нас две подводы загружены качественным углем, антрацитом, только тогда я догадался, что весь этот трудоемкий процесс перевозок туда-обратно затеян не просто так. Месторождения с необходимым количеством угля найдены только в Сатуме, рудник

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я даже вернулся к секунданту:

— Что, обязательно его добивать?

На что получил удивительный по ясности ответ:

— Можешь и не добивать, тогда через десять минут добьют тебя. Хотя, можешь дать ему прийти в себя, и снова начать поединок. Но это будет глупо выглядеть, так не делает никто.

Пришлось вернуться к так и не очнувшемуся до конца сопернику, накинуть ему локоть на шею и, преодолев слабые попытки вырваться из захвата, медленно, но верно придушить его, пока его руки и ноги не затихли, после продолжительной пляски умирающего человека.

Это уже второй, убитый лично мной в этом мире, если не считать подавленного лошадьми и телегами жулика в первом городке. Душить, конечно, морально тяжелее, чем одним ударом проколоть живот, но, когда хочешь выжить, это уже не так существенно, руки не дрожат и делают свое дело.

Под крики и топот ног я вернулся к секунданту, казавшемуся мне самым тут нормальным и спросил:

— На сегодня все?

— Да, все, теперь ждешь нового бедолагу, — пробормотал мой помощник и выдал мне мои вещи из корзины. Я оделся и вскоре, те же рыла, что вели меня сюда, отконвоировали меня обратно на улицу, где и двигался мой караван, давно, уже уехавший, впрочем. Там мы прошлись дальше, где-то в сторону центра города, и через пару минут завели меня в подвальное помещение, где пахло страданиями людскими и болью, стояло несколько клеток разного размера и на входе дежурили хорошо вооруженные молодцы. Главный из конвоиров дал мне характеристику, из которой я услышал и разобрал только: — Искупивший наполовину.

Меня подтолкнули в одну из клеток и закрыли дверку за спиной. Новое жилище оказалось небольшого размера, с парой лежанок на полу, на которых кишмя кишели клопы и я приготовился к трудной ночи. Пока не стал садиться, стоял, держась за решетку и посматривал по сторонам.

В большой клетке, набитой так, что несчастные не могли сесть и им приходилось стоять, находилось человек сорок, много сильно побитых, подавленных и в ужасе глядящих по сторонам и на своих соседей.

Время от времени надсмотрщики, с легкими дубинками в руках, стучали по прутьям решетки, вызывая одного за другим узников и, если, им казалось, что тот медленно пробирается через забитое телами пространство, осыпали его ударами по плечам и спине, подгоняя побыстрее выскочить из клетки. Потом его или ее подводили к конторке, где пришедшие на помощь члены семьи или просто знакомые приводили свои аргументы, в основном, заключающиеся в горстке монет, высыпаемых на конторку и, придя к согласию с одним из бандитов, забирали несчастного или несчастную с собой. Кто-то из более грамотных бандитов записывал итоговое решение, считал деньги и высыпал их в ящик с прорезью, стоящий внизу конторки.