И на похороны в Англию он поехал вместе со мной.
После этого я там не была. И не собиралась возвращаться. Никаких семейных связей у меня там не осталось. Только дяди, тети и племянники, но мы никогда не были близки, и я вряд ли узнала бы их на улице.
У меня была уже новая жизнь. Я построила карьеру, создала семью.
И вот теперь в мой кабинет является некая Элла, которая может все это погубить.
Джек все поймет. И подскажет, что делать. Достав из сумки сотовый, я набрала его номер. Надеялась, что он ответит. Хотя знала, что этого не произойдет.
Я не стала оставлять подробное сообщение, только попросила перезвонить.
Вот-вот должен был появиться следующий пациент, и я постаралась взять себя в руки. Придется сохранять спокойствие. Впереди целый рабочий день, и никто не должен догадаться, что у меня что-то случилось.
Я уже прикидывала, как сегодняшний день будет выглядеть в глазах людей, если у него появятся последствия. Что они станут говорить и как оценят мою реакцию.
Надо как-то нейтрализовать Джину, ведь ей покажется странным, что я бросилась вслед за сбежавшей пациенткой. Нужно подкинуть ей какую-нибудь версию.
Возможно, во мне больше сходства с Джеком, чем я думаю. Решимость любым способом найти выход из тупика и обеспечить себе алиби.
Вместо того чтобы рыдать и прятать голову под крыло.
Тем не менее весь день меня терзало беспокойство, словно по моим внутренностям перекатывался металлический шарик. Я отчаянно ждала, когда закончится прием и я смогу забрать детей из школы. И лихорадочно думала, что делать дальше.
Ясно было только одно. Ждать нельзя, надо срочно найти Эллу.
Мой следующий прием происходил как в тумане. Я делала вид, что слушаю жалобы Даны на ее мужа, который не хочет помогать по хозяйству, что, по ее мнению, чрезвычайно важно для сохранения брака. Я знала, почему она придает этому такое значение, – это указывает на его отношение к ней в целом. Но сейчас мне на ее проблемы было наплевать.
Я сидела, делая вид, что слушаю, а она все говорила и говорила. Меня так и подмывало выпалить, что все это выеденного яйца не стоит. Что ей надо оставить мужа в покое, потому что ей скоро стукнет пятьдесят. Ее дети вырастут и покинут дом, а она останется с этим самым мужем.
Конечно, я не должна говорить пациентам ничего подобного. Моя роль состоит в том, чтобы мягко направлять их на путь истинный, по которому они должны пройти самостоятельно.
Однако сейчас это стало не так легко.
Вообще-то теперь все это не имело значения. Через несколько дней меня уже здесь не будет. Я в наручниках отправлюсь в Англию. Такова действительность.
Есть только один выход: найти Эллу и заставить ее замолчать.
Пока не знаю как, но другого пути нет, и с каждым часом это становится все очевиднее.
Я не позволю прошлому разрушить мое будущее.






