Тот кивнул, чуть сбавил ход и слегка повернул «Аврору» к берегу. Вахтенный сообщил по громкой связи о том, что видна насыпь железной дороги, когда мы уже заканчивали завтрак. Подошли к берегу параллельно насыпи, так получалось ближе, и встали на якорь. Но все равно пришлось опускать на берег длинные десятиметровые сходни, которые были специально изготовлены для таких случаев, когда к берегу невозможно пришвартоваться вплотную. Я, Леха и Иваныч стояли на носу, разглядывая насыпь железной дороги и идущий параллельно ей проселок. – Там непонятное что-то, – сказал Иваныч, протянув мне бинокль, – вон у поворота смотри. Я взял бинокль и присмотрелся. Примерно в полутора километрах от нас, на проселочной дороге, ниже насыпи, в заросшем кустарником и высокой травой буреломе что-то поблескивало и имело формы явно не природного происхождения. – Ну что, Леш, пешком пока сходим? – Да, сначала малой группой, ты, я и двое моих. – Я бы тоже сходил, – сказал Иваныч, – а то накосячите, как с тем «кенвуртом». – Блин, ты мне теперь это всю оставшуюся жизнь будешь вспоминать? – Да, Серый, пока не исправишься, – улыбнулся Иваныч, и, нажав на тумблер громкой связи проговорил. – Экипаж, занять боевые посты, смонтировать носовое орудие. Строганов за старшего, капитан сходит на берег. Народ засуетился, Лехины бойцы вынесли из оружейки и смонтировали КПВ на станок и привели оружие в боевую готовность. Один из бойцов спустился по сходням и занял позицию на берегу. Мы с Лехой спустились в каюту и экипировались, проверили оружие, связь. Потом Леха по громкой предупредил: «Яковлев, сходишь на берег в составе разведгруппы». – Ну что, по проселку двинем? – спросил я, когда мы сошли на берег. – Нет, – помотал головой Леха, – я по насыпи, удаление пятьдесят метров, Яковлев по проселку, также на удалении, ты с Иванычем сзади. – Ну тут ты у нас генерал, командуй, – сказал Иваныч и поправил ремень СКСа. – Майор, Иваныч… Майор, – ответил Леха и в два прыжка заскочил на насыпь. Яковлев смотрел на командира и ждал команды, который осмотрелся и рукой показал бойцу команду к началу движения. Разведчики удалились на оговоренную дистанцию, и мы с Иванычем тоже начали движение. – 22-й в канале, это вагон… состав в смысле… пассажирский, вероятно из-за землетрясения сошел с рельсов и опрокинулся с насыпи. Подходите, ждем вас. – 11-й принял, подходим. – Да, скорее всего из-за землетрясения улетел, – сказал Иваныч, когда мы влезли на один из вагонов, – тут волна не прошла, вон тем распадком ушла. – Похоже, – согласился я и, присев, начал очищать табличку маршрута, засыпанную листьями и сухими иголками с нависающих над проселком деревьев, – глянь, Иваныч.

Об этой истории
Катастрофа разделила жизнь людей на «до» и «после» Волны. И пришло понимание – не так страшен конец света, как то, что будет потом. Материки изменили свой облик, и выжившие наносят на карты новые берега. На основе уцелевших поселков создаются анклавы переживших планетарную катастрофу. Сергей Николаевич, его близкие, друзья и единомышленники на одном из островов нового архипелага создают свой анклав – остров Сахарный. А покой только снится… забота о людях, возрождение ремесел и технологий, покорение моря и поиски ценных ресурсов прошлой цивилизации, и все это ни на миг не выпуская из рук оружия. Через труд и кровавый пот, радость успеха и горе потерь, через многое еще предстоит пройти, чтобы занять свое место в Новом мире, от которого зависит будущее островитян и будущее детей, рожденных «после».





