Хвойник, кстати, весь высыхает, еще немного времени и не будет его здесь, наверное, только по северным склонам в распадках останется. Вода закипела, я снял котелок и засыпал чайной смеси, которую мы на Сахарном уже давно употребляем. В ее составе только процентов пять чая, остальное таежные травы, но вкусно и очень хорошо тонизирует. – 11-й 22-му. – 22-й в канале. – Чай готов, лепешки с рыбой тоже. – Ешьте, потом смените нас. – Принял. После того как мы перекусили, я подождал, пока Иваныч перекурит, и мы сменили наших вояк в небольшой канаве, метрах в десяти от заячьей тропы к реке. Присев на замшелую корягу, я наблюдал, как муравьи на краю канавы тащат втроем здоровенную личинку, выбирая наиболее легкий путь. Загляделся я на этот аттракцион… и тут невдалеке хрустнула ветка, И я сразу присел на дно канавы, лишь чуть-чуть высунувшись, чтобы смотреть за обстановкой. – 11-й 22-му, есть движение. – Принял, ждите меня, зайду снизу от ручья, там укроюсь… если что маякуй. – Принял. Двое, мужчина и женщина, точнее девушка. Судя по внешнему виду, в лесу они давно. Одежда на обоих модернизирована под погодные условия. Мужчина шел впереди и держал в левой руке какую-то сумку, он чуть оступился на камне, остановился что-то сказал своей спутнице и поправил правой рукой ремень автомата… автомата!!! – 22-й… мужчина и женщина, мужик вооружен, повторяю, мужик вооружен, ментовский укорот, идут к зайцу. Ведут себя спокойно. – Принял, 11-й. – И что? Как законтачим? – Сейчас придумаем что-нибудь… Попробую аккуратно обезоружить его, просигналь, когда будет у дерева, и страхуйте. – Принял… они уже у дерева, мужик к петле присел. Леха выскочил из-за куста как черт из табакерки и кувыркнулся на мужика, свалив его на бок. Но мужик сгруппировался и тоже сделал кувырок назад и, поднимаясь на колени, уже перехватывал автомат. «Придумал он, мля», – подумал я, вскочил на ноги и прокричал первое, что пришло в голову: – Мордой в пол все, работает ОМОН! – и дал очередь на полмагазина поверх этой кучи-малы. Мы сидели у костра на плесе, и угощали визитеров нашим фирменным чаем. Они были пассажирами с того самого поезда, их лагерь находился за перевалом, примерно в часе ходьбы. – И сколько вас там? – спросил я Максима, так звали мужика, который оказался линейщиком, то есть сотрудником полиции при этом поезде, и кроме всего прочего еще и инструктором по тактической подготовке, да еще и ВДВэшником в прошлом. В общем, неизвестно чем могло все закончиться. Девушку звали Ирина. – Девять. – А остальные где? – спросил Иваныч, набил трубку и протянул Максиму. – Ушли, последняя группа в двадцать человек ушла с месяц назад. – А вы чего не ушли? – Куда? Я пару месяцев назад ходил от лагеря в разные стороны на четыре дня пути.

Об этой истории
Катастрофа разделила жизнь людей на «до» и «после» Волны. И пришло понимание – не так страшен конец света, как то, что будет потом. Материки изменили свой облик, и выжившие наносят на карты новые берега. На основе уцелевших поселков создаются анклавы переживших планетарную катастрофу. Сергей Николаевич, его близкие, друзья и единомышленники на одном из островов нового архипелага создают свой анклав – остров Сахарный. А покой только снится… забота о людях, возрождение ремесел и технологий, покорение моря и поиски ценных ресурсов прошлой цивилизации, и все это ни на миг не выпуская из рук оружия. Через труд и кровавый пот, радость успеха и горе потерь, через многое еще предстоит пройти, чтобы занять свое место в Новом мире, от которого зависит будущее островитян и будущее детей, рожденных «после».





