Мой запрет
Катерина Пелевина
Меня зовут Камилла, мне восемнадцать, и я всей душой ненавижу лучшего друга своего
брата.
Ну, я ненавидела его до того, как мы оказались в одной постели…
– Это значит, ты передумал? – спрашиваю, опустив взгляд. Я больше не знаю, как общаться с
ним. Нас связывает только влечение. И сейчас я хочу его так же, как тогда за просмотром
фильма. Сейчас хочу узнать, что это такое – быть с кем-то настолько близким и в то же
время – далёким. Ведь мы всегда друг друга на дух не переносили. А теперь я сижу в
двадцати сантиметрах и думаю только о его руках на своём теле. Разве так бывает?
– А ты типа нет? – спрашивает он в ответ. Его глаза как два чёрных омута. Они никогда не
давали мне покоя. В них можно найти всё самое страшное. Самое отчаянное. Глядя на них, я
вижу свои собственные пороки. Будто они становятся зеркалом, когда я в них смотрю.
– Нет, – отвечаю, внаглую подкрадываясь к нему.
Сердце стучит быстрее. Я хочу большего... Хочу полностью и до конца.
Даже если он – мой запрет...
Пролог
Пролог
Камилла Садовская
Меня зовут Камилла, мне восемнадцать, и я всей душой ненавижу лучшего друга своего брата.
Ну, я ненавидела его до того, как мы оказались в одной постели…
Пожалуй, это всё, что вам пока стоит обо мне знать… Однако об этом по порядку…
***
Мы переехали в Москву, когда мне было десять, а Владу – двенадцать. Неизбежно нас ждали
новые знакомства и перспективы. Во всяком случае, так говорили родители. Они жизнь положили,
чтобы воспитать из нас хороших и умных людей, которые добьются успехов в этом жестоком мире
связей и махинаций. А вот это уже мои слова. Выросло то, что выросло. Я бываю циничной и
грубой. Неспециально, просто не верю в справедливость, карму и разного рода выдуманные
людьми инструменты регулирования общественного порядка.
Влад, к превеликому сожалению, не такой, как я. Он более наивный. В дружбе так вообще
слишком доверчивый.
И, как положено всем шаблонам, у него есть невыносимый лучший друг, который делает всё за
него. Всё плохое, я имею в виду. Мирон. Я даже имя его ненавижу, меня от него тошнит. По
характеру он хуже самого Гринча или Гитлера. Не знаю, с кем сравнение было бы более точным.
Буквально каждый раз, когда мы видимся, он выкидывает какие-то гадости в мой адрес.
Естественно, это из-за того, что я не рада их общению с Владом, хотя родители нормально
относятся к их дружбе, утверждая, что главное, чтобы это не мешало его учёбе, а поскольку
оценки у него нормальные, их это не беспокоит, но они не знают того, что знаю я.
С тех самых двенадцати лет, как они познакомились, Мирон вечно втягивал его в неприятности.
Всё началось со взрывов петард у соседей под окнами, а закончилось драками, алкоголем и
девушками. Кучей девушек. Иногда я просто не могла их запомнить.






