ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Посвящается тем, кто родился и вырос в СССР и был свидетелем всех взлётов и падений страны, пережившей множество событий, повлиявших на судьбы миллионов людей. Главная героиня любит, ненавидит, переживает, смеётся и ёмко рассказывает о своём жизненном пути. ... Автобиографический взгляд на конец XX и начало XXI вв. через призму истории одной семьи. Таня Татьяна Кюнэ Посвящается тем, кто родился и вырос в СССР и был свидетелем всех взлётов и падений страны, пережившей множество событий, повлиявших на судьбы миллионов людей. Главная героиня любит, ненавидит, переживает, смеётся и ёмко рассказывает о своём жизненном пути. Автобиографический взгляд на конец XX и начало XXI вв. через призму истории одной семьи. Бабшура Бабшура Александра Гавриловна была моей бабушкой по материнской линии, и все звали её по-деревенски, Бабшурой, хотя мне всегда нравилось имя Александра, без всяких вот этих Шур и Шурочек. Родилась она в далёком 1906 году в Рязанской губернии в семье зажиточных крестьян, которых потом тотально раскулачивали и пускали по миру. Если в семье была скотина, тёплый рубленый дом и сундук с фуфайками на «рыбьем меху», то всё: ты кулак и жизнь твоя больше не будет лёгкой. Выдали Бабшуру замуж рано, не по «любо́ви», а из «расчёту»: добро к добру. Деда Григория, её мужа, я не знала, его убили в Великую Отечественную Войну где-то под Курской дугой, и Бабшура до конца своих дней хранила в допотопной шкатулке старый, потрёпанный временем треугольник последнего его письма, маленьку

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Больше на речку с ним не ходила и учиться плавать отказалась: страх утопления в тёмной и глубокой воде застрял в моей голове на всю жизнь, и это искусство я так и не постигла.

Бабшуре мы ничего не сказали, я очень не хотела возвращаться в Москву, но на Серёгу надулась и пообещала себе его проучить. Мы нашли с Лариской голубую масляную краску, которой Бабшура красила ставни, и от всей души нахерачили на красном бензобаке Серёгиного мотоцикла обидное слово «Козёл», не подумав, что он сразу догадается, чья это краска и кто автор. Очередной скандал не заставил себя долго ждать, взаимные обвинения сыпались, как из рога изобилия, и Бабшура опять взялась за ремень. Мы убежали прятаться с Лариской в лес, чтобы наши зады и психика опять не пострадали, выпустили пар, нажрались ягод и только вечером притащились домой, испугавшись наступающей темноты.

На следующий день мне вручили тряпку, пропитанную какой-то зловонной жидкостью, и заставили оттирать «козла», Серёга же целый день прилаживал телевизионную антенну на крыше дома и смотрел на меня волком, в общем, мы помирились…

А потом приехал его родной и мой двоюродный брат Мишка – младший сын тёти Лиды, худой и активный молодой человек, говорящий сто слов в минуту. Они вдвоём с Серёгой целыми днями рыбачили на речке, а вечером уезжали на мотоцикле вести культурную жизнь, возвращаясь домой только под утро. Из выловленных пескарей, плотвы и окуньков Бабшура варила нам рыбные супы с рисом или перловкой в чугунке, а если попадалась крупная рыбка, то жарила её с луком и картошкой.

Я же вдарилась в ягодное собирательство. После завтрака мы с Лариской и Бабшурой обмазывали себя с ног до головы одеколоном «Гвоздика» от комаров, надевали резиновые сапоги, брали болотные палки-выручалки, корзины, трёхлитровую банку с пластмассовой крышкой, варили яйца, резали хлеб с салом и чесноком, доставали малосольные огурчики с помидорчиками из погреба, наливали морс в бутылку и уходили в глухой лес за несколько километров от дома собирать чернику и землянику. Возвращались ближе к вечеру уставшие, но довольные. Столько ягод я больше никогда в своей жизни не видела, разве что на колхозном рынке. Перетёртые с сахаром, с молоком, со сливками, в компоте, варенье, каше, пироге… Ягоды уже лезли из ушей, но остановиться их жрать не было сил. Постепенно ко мне возвращалось чёткое зрение в вечернее время и предметы в моих глазах больше уже не расплывались.

Вскоре обнаружилось, что вольногулящий кот Барсик наградил нас с Лариской лишаём за чрезмерное тисканье. Круглые розоватые шелушащиеся пятна покрыли наши руки, шею, грудь…Сильно зудели и чесались. Нас обмазали зелёнкой, и мечта о танцах в Клепиковском клубе опять накрылась.