ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нелюдь, Бездушный, слуга Бога-Отступника, убийца. Им пугали детей, и даже бывалые воины торопились убраться с его дороги. А он просто шел своим, только ему понятным Путем, к цели, которая когда-то не спросясь сделалась главной. Но однажды все поменялось, когда Кром Меченый увидел Мэй, дочку барона д’Атерна, и спас, потому что она была в беде, а потом еще раз и еще. Так бывает, и тогда событие в настоящем меняет будущее, если кто-то не побоится заглянуть в прошлое. А Мэй не побоялась… Меченый Василий Горъ Нелюдь, Бездушный, слуга Бога-Отступника, убийца. Им пугали детей, и даже бывалые воины торопились убраться с его дороги. А он просто шел своим, только ему понятным Путем, к цели, которая когда-то не спросясь сделалась главной. Но однажды все поменялось, когда Кром Меченый увидел Мэй, дочку барона д’Атерна, и спас, потому что она была в беде, а потом еще раз и еще. Так бывает, и тогда событие в настоящем меняет будущее, если кто-то не побоится заглянуть в прошлое. А Мэй не побоялась… Глава 1 Король Шаграт Второй, Латирдан Пятый день четвертой десятины второго лиственя Глава 1 Король Шаграт Второй, Латирдан Пятый день четвертой десятины второго лиственя Ухо снова обожгло болью. Такой острой, что Шаграту стало не до письма. Аккуратно отложив в сторону перо, он прикоснулся к мешочку с солью, привязанному к щеке, и недовольно поморщился: тот оказался лишь ненамного теплее его руки. – Уже остыл, сир? – поинтересовался телохранитель. – Да. Пусть Риман принесет горячий. Шуго кивнул,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я оказался быстрее – еще до того, как пальцы воина сомкнулись на рукояти, навершие моего посоха замерло в пальце от его кадыка:

– Только попробуй!

– Что именно? – холодно прошипел вассал графа Грасса.

– Дотронуться до меча, – объяснил я. Потом вспомнил, как ежилась леди Мэйнария, и криво усмехнулся: – Ваша милость, он вас оскорбил?

– Нет, Кром, не оскорблял, – вздохнула баронесса. – Он просто сказал, что граф Грасс тут. Уже два часа. И ждет. Меня и Бездушного, с которым я живу. А вот я не сдержалась.

Пока я думал, стоит ли придираться к формулировке, леди Мэйнария угрюмо смотрела на дверь, ведущую кбелой лестнице. А когда я почти уже решил, что все-таки хочу услышать извинения, вдруг прикоснулась пальцами к моему налокотнику и… грустно вздохнула:

– Пойдем! Негоже заставлять его ждать.

Баронесса шла побелой лестнице с таким видом, как будто была одета не в пыльный охотничий камзол, шоссы и сапоги, а в роскошное бальное платье – гордо подняв голову, выпрямив спину и не поднимаясь, а словно воспаряя над ступеньками.

Я старался соответствовать – скользил следом, пожирал взглядами попадающихся на пути слуг и делал вид, что ищу в их глазах хоть какие-то признаки злого умысла.

Поднялись. Леди Мэйнария вошла в услужливо открытую дверь и тут же присела в глубоком реверансе. Почему-то не дав мне зайти следом:

– Добрый вечер, ваше сиятельство! Искренне рада вас видеть.

–Здравствуйте , леди Мэйнария, – зачем-то подчеркнув обращение на «вы», поздоровались с ней. – А где же ваш… э-э-э… спутник?

Баронесса неторопливо отошла в сторону, повернулась ко мне и улыбнулась:

– Вот! Кром по прозвищу Меченый. Человек, которому я обязана жизнью.

Я слегка растерялся – она не назвала меня ни Бездушным, ни Нелюдью, ни слугой Бога-Отступника. Словно эта часть моей жизни не имела для нее никакого значения. Назвав только имя, прозвище. И то, что связывает ее и меня.

Благодарно кивнув улыбающейся мне баронессе, я посмотрел в конец коридора и подобрался: граф Грасс, восседающий в кресле, поставленном рядом с дверью в наши покои, смотрел на меня с бо-о-ольшим неодобрением. Если не сказать, с ненавистью.

– Кром! Открой, пожалуйста, дверь, – пытаясь сгладить неловкое молчание, попросила леди Мэйнария. – А то общаемся в коридоре.

Я проскользнул вдоль стены, проигнорировавдвижения напрягшихся телохранителей графа, открыл дверь в наши покои и первым вошел внутрь. Не столько для того, чтобы проверить, нет ли там посторонних, сколько чтобы позлить Рендалла.

Пробежался по моей комнате, заглянул в спальню и удивленно приподнял бровь, услышав, что леди Мэйнария просила графа Грасса послать за фруктами и вином кого-нибудь из его воинов.

– А что, ваш спаситель не в состоянии? – входя в комнату, язвительно поинтересовался Рендалл.