ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение бестселлера «Танкист №1. Бей фашистов!». Из «Т-72» — в «Т-34», из 2015 года — в 1941-й. Капитан Репнин сгорел в танке под Дебальцево, а ожил в теле Дмитрия Лавриненко, советского танкового аса, танкиста №1. Переселение душ? Перемещение сознания? Не важно! Главное — не посрамить славы великого предка, не поступиться честью. Бить фашистов! Когда счет подбитых немецких панцеров перевалит за двести штук, когда плечи украсят золотые двухпросветные погоны, когда распишешься на Рейхстаге — можно будет немного передохнуть. Но вскоре от командования поступит новый приказ: идти до Атлантики!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Димитраш! Ты по-венгерски могёшь?

– А то!

– Объясни этому типу, что я советский офицер, посланный спасти регента, что я только что допросил немецкого диверсанта, который готовил убийство Миклоша Хорти, а ранее похитил его сына. Давай!

Молдаванин старательно перевел, и коменданта бросило в краску. Ощерившись, он едва не пнул Скорцени, его придержал Родин.

Комендант быстро заговорил, помогая себе руками.

– Он говорит, товарищ полковник, что немцы напали на цитадель в другом месте, силой до двух батальонов.

– Отвлекали внимание, – кивнул Репнин.

– Товарищ командир! – высунулся из башни Борзых. – Нашли!

– Живого?

– Ага! Сюда везут!

Репнин повеселел. Всякое, конечно, может случиться, но немцев в Будапеште немного, батальон, от силы, всё животы свои кладут на линиях Маргарита и Аттила, так что шанс уцелеть у Миклоша был изрядный.

Обернувшись к коменданту, Геша раздельно сказал:

– Передайте его светлости регенту, что его сын спасен и скоро будет доставлен в замок.

Комендант, дослушав перевод Димитраша, бросился опрометью бежать, и вскоре скрылся за тяжелой аркой Венских ворот.

– Тащ командир! А с пленными что делать?

– Связать, и в Б-4. Они нам еще мно-ого чего расскажут!

Геша хотел поправить шлемофон, и ткнул себя в щеку дулом пистолета. С недоумением поглядев на «Вальтер» в своей руке, он сунул его в кобуру.

Вот, что значит нарушать режим дня! Не поспал одну ночь, и все…

Репнин огляделся. Бронегруппа стояла хорошо, можно было открывать огонь «по всем азимутам». Автоматчики ненавязчиво маячили на заднем плане, держа ситуацию под контролем, но венгры в бутылку не лезли, держались в сторонке, зыркая только в сторону русских.

Неожиданно послышался автомобильный сигнал, и из Венских ворот выкатился роскошный черный «Майбах». Подкатив чуть ли не к самому «Т-43», отмеченному 102-м номером, лимузин остановился.

Вышколенный адъютант мигом выскочил, как черт из коробочки, и отворил заднюю дверцу. Оттуда вылез сам Хорти – в адмиральской фуражке, в черной шинели.

В это время чадившая «двойка» вспыхнула поярче, и оранжевый свет упал на брыластое лицо регента. Усики регента дернулись, а глазки уперлись в Репнина.

– Полковник Лавриненко, – небрежно козырнул Геша.

Димитраш перевел.

– Где мой сын?

– Следует сюда, ваша светлость. Наши оперативники нашли вашего сына и освободили. Миклош жив-здоров, даже не ранен. Ну, разве что избит. Не нами, ими.

Репнин кивнул на пленных диверсантов.

В этот момент Репнин разглядел в Хорти всего лишь старого человека, тянущего на себе непосильную ношу. И у которого отобрали сына.

– Едут!

Начало светать, и в предрассветных сумерках Геша разглядел «Опель» в сопровождении четырех или пяти мотоциклистов.