ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Многие желали обладать силой Хранителей драконов, то есть быть бессмертными и могущественными. Да мало кто знал, какую плату требует она от обладателя. Ведь, даже нечаянно прочитав страшное заклинание, взамен придется вернуть жизнь. Так было всегда, так есть и так, несомненно, будет. Берегиня обязана возродить источник силы Иансу, дабы восстал род драконий из пепла! Жаль, в этот раз ее не спросили… Грядет смертельная игра с Берегиней, и пока неизвестно, кто окажется кошкой, а кто – мышью! Берегиня Иансы Марина Ефиминюк Многие желали обладать силой Хранителей драконов, то есть быть бессмертными и могущественными. Да мало кто знал, какую плату требует она от обладателя. Ведь, даже нечаянно прочитав страшное заклинание, взамен придется вернуть жизнь. Так было всегда, так есть и так, несомненно, будет. Берегиня обязана возродить источник силы Иансу, дабы восстал род драконий из пепла! Жаль, в этот раз ее не спросили… Грядет смертельная игра с Берегиней, и пока неизвестно, кто окажется кошкой, а кто – мышью! Часть первая Три шага до ненависти Часть первая Три шага до ненависти Ничто не проходит бесследно, ни одна подлость не остается незамеченной Высшими силами. Вы можете бежать от своих ошибок, пытаться стереть из памяти мелкие подробности, гнать прочь чувство брезгливости от собственных деяний, да только все это бессмысленно. Совершенная когда-то мерзость всегда возвращается, толкает в спину и заставляет упасть на колени. Я почти перестала вздрагивать и кричать во сне. Из памяти

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Главное, что Наталья появилась наконец, а где затаился колдун – и так прекрасно известно.

И все же, если хочешь что-то сделать хорошо, сделай это сам. Глупец, право слово, столько истратить сил, чтобы вырвать ее из жадных лап короля Ивана! Сколько было попыток ее выкрасть, пока отряд колдуна возвращался в Николаевск? Три? Четыре? Король думал, что будет трясти Натальей, как красной тряпкой, и шантажировать его, Лопатова-Пяткина.

Ха-ха-ха!

И ведь она тогда прилетела к своему колдуну, как ночной мотылек к огоньку свечи, и сейчас прилетела. Опять. Она все-таки верна своему чувству ненависти. Только как же так вышло проворонить-то ее? Как так получилось? Ну ничего. По крайней мере теперь он знает: Берегиня жива, не сгинула, а воскресла, – значит, все равно вернется к нему, Василию Лопатову-Пяткину, проклятому до четвертого колена Хранителю, и выполнит свое истинное предназначение. Но только для него лично.

Николай все пил и никак не мог утолить жажды. Холодная ключевая вода, сладковатая, с едва заметным привкусом земли, стекала по его бороде тонкими ручейками на грудь и порты. Я была не в силах оторвать взгляда от седой шевелюры, мокрой после купания. Кое-где в серебристой массе резко выделялись иссиня-черные прядки. На голой широкой спине – свежие следы от плетки. С видимым трудом оторвавшись от кринки, он обтер бороду, крякнул, потом натянул протянутую мной чистую рубаху. С размером я не угадала – на исхудавшем Николае наряд болтался, как на деревянной вешалке, рукава пришлось подогнуть.

Ночь только-только отступила, оставив после себя серый след, а день все никак не хотел просыпаться. Солнце запаздывало, позволяя бледнеющей луне висеть на чуть заголубевшем небосводе. У заросшего изумрудным мхом заброшенного источника все еще пряталась темнота. Тяжелые ветви ракиты низко опускались к земле, окунались в журчащую и перекатывающуюся по гладким камням прозрачную водицу. Здесь было прохладно, а в листве прятался речной гнус. Подземный ключ выбивался из земных недр, а потом по зеленому склону сбегал тонкой чистой дорожкой к широкому буйному ручью на самом дне оврага.

Савков старался не смотреть на меня. Он то отворачивался, то прятал взор. Его измученное лицо со скупо поджатыми губами, казалось совсем чужим и будто бы незнакомым. У меня же каждое его движение, каждый жест вызывали странное ноющее чувство в груди, неведомое ранее, а оттого особенно пугающее.

Но гораздо более страшным и мучительным для меня было другое – его молчание. Не знаю, возможно, где-то в глубине души я, как глупая влюбленная девчонка, надеялась если не на проявление бурной радости от нашей встречи, то по крайней мере на слова благодарности, но так ни одного, ни другого не дождалась.