Мы возвращаемся в Мунберг, и я то и дело дремлю в дороге, которая кажется бесконечной, потому что Тео теперь еще больше осторожничает, боясь потревожить мой сон, мой бок, меня всю и видимо пространственно-временной континуум. Такое расстояние на скорости в 40 миль в час превращается в изощренную китайскую пытку. Но я молчу. У каждого свои тараканы, а у Тео их не так и много, чтобы заострять внимание.
Мы с Тео поднимаемся в мою квартиру, и я обнаруживаю, что дверь заперта изнутри. Я вздергиваю бровь, пока Тео звонит в мой же звонок. Спустя секунд 30 щелкают замки и в проходе появляется…
– Ана?! – не верю я глазам.– Откуда?!
– Привет, Рембо! – верещит подруга и мы бурно обнимаемся. Мне даже плевать, что рана ноет, настолько я соскучилась по ней.
– Но как?! – не понимаю я, наконец отлипнув от неё.
– Скажи спасибо Теодору, – улыбается она – Иначе твой рыжий козел преставился бы здесь и всё провонял!
Я оборачиваюсь на Тео, который только разводит руками, мол, «а какой у меня был выбор». Какой он всё же замечательный. Я-то, горе хозяйка, напрочь забыла про кота. Привыкла, что у Тео всегда всё под контролем. Может Тор именно поэтому меня так не любит?
Ана и Полин были на связи со мной все две недели, но Ана даже словом не обмолвилась, где именно проводит время – настоящий шпион. Я смотрю на неё и замечаю какие-то незначительные изменения – у нее совершенно другой взгляд и какая-то небывалая расслабленность. Очень, очень интересно.
Мы обедаем вместе, Ана рассказывает о том, как ей понравилось жить на побережье и о том, что она подумывает поменять направление деятельности, но все мои намеки на ее личную жизнь улетают дымом в трубу. Подозрения о новом статусе Аны множатся в геометрической прогрессии. Тор вьется вокруг её ног, как преданный пёс, я шучу про то, что я – его хозяйка – единственный человек, которого он ненавидит. После обеда Ана уезжает домой в Блэкстоун, мы договариваемся встретиться на выходных вместе с Алом и Полин.
– Я дома, – счастливо выдыхаю я, прохожусь руками по корешкам своих книг и с удобством размещаюсь на любимой кровати.
– Лили, – начинает Тео – Может поговорим?
Мое настроение тускнеет, как свет из внезапно запотевшего окна. Я не хочу. Я избегала этой темы всё время, что лежала в клинике, но он прав. Нельзя игнорировать слона в посудной лавке. Теперь я дорожу не только мужчиной, который находится рядом, но и собой.
– Что ты думаешь? – спрашиваю у него.
– Я думаю, что всё это – сущий кошмар. Что так не должно быть. Но вместе с тем, мне кажется, что это событие показало нам с тобой, что мы заслуживаем однажды стать родителями, Лили.
Сердце стучится в ребра, а к горлу подкатывает ком.






