Хоть за это спасибо, господи!
Если бы не Лиза, я бы ещё утром рванул к Боре Воскресенскому и башку бы ему оторвал за Пашку с Юлькой. Это ему завод шибко понадобился, и он моего лучшего друга завалил. Кто же ещё?
Собрал бы всех своих ребят и изрешетил бы к чёртовой матери замок его. Камня на камне не оставил бы! И пусть бы со мной делали потом, что хотели. Хоть в тюрьму сажали, хоть на кол!
Не мог я теперь по беспределу действовать. Закроют меня, а с Лизой что будет?
Я ведь не верил до последнего, что Воскресенский за маленькой девочкой придёт, пока своими глазами его головорезов не увидел в садике. Совсем черти ополоумели, ничем не брезгуют твари!
Ничего, я наберусь терпения и отвечу Боре. Так отвечу, что кровью захлебнётся, сука!
Остаток дня прошёл как в тумане. Я съездил в морг, потом договорился о похоронах, место выбрал на кладбище тихое, рядом с берёзками. Юля любила в лес по грибы ходить.
– Тихо там, – говорила про лес. – Спокойно в лесу, хорошо.
Теперь всегда ей будет тихо, целую вечность…
Домой приехал опустошённый настолько, что видеть никого не мог. Нажраться бы до соплей, чтобы забыться, хоть на минуту, но разве мог я сейчас упиваться своим горем?
У меня теперь дома девочка под моей ответственностью. Две девочки.
Их обеих я нашёл в гостиной за просмотром мультиков.
– Как дела, Белка? – из последних сил улыбнулся я малышке. – Нравится у лёльки в гостях?
Лиза на меня едва взглянула и снова уставилась в телевизор. У меня сердце сжалось. Неужели Аня обо всём ей рассказала? Мы же договорились?
Не хотел я верить в такую подляну, но что-то явно случилось во время моего отсутствия. Я перевёл взгляд на девушку. Она выглядела измученной и печальной.
– Можно вас на пару слов? – спросила она, и мы вышли в соседнюю комнату.
– Что случилось? – нетерпеливо поинтересовался я.
– Лиза… Не знаю… Она проснулась и сразу плакать начала, домой проситься, – затараторила Аня. – Я вроде успокоила её, сказала, что скоро её родители заберут, что они в командировку уехали. Она замкнулась в себе и больше со мной не разговаривала.
– Хреново!
– Я в полном отчаянии, Алексей! Не знаю, что и делать теперь.
– Ничего пока. Ты всё равно молодец. Пойдёмте погуляем во двор?
– А вы ужинали? – заботливо спросила она, и у меня на душе потеплело.
– Не хочу пока, – отмахнулся я.
Для меня сейчас было важнее Лизу растормошить, чем своё пузо натрамбовать, поэтому мы пошли на улицу. Мы едва вышли на крыльцо, когда Аня напрыгнула на меня, вцепившись пальчиками в плечи.
– Ай, мамочки! – заверещала она, пряча лицо на моей груди.
Я напрягся, не сразу поняв в чём дело. Первой мыслью было, что на нас напали, но потом я услышал громкое "Гав" и понял, что девушка собаки испугалась.
– Баксик! – обрадовалась Лиза, выбежав следом за нами из дома, и повисла на шее пса.






