ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Настя: Меня не нужно жалеть. Я не прошу помощи. И уж точно не верю в бескорыстную заботу. Пять лет детдома отбили во мне эту глупую надежду. Теперь у меня есть только цель — забрать брата. Работа, учёба, спорт. Ничего лишнего. Никого рядом. А потом появились они. Трое братьев с одинаковыми чёрными глазами. Один командует, второй улыбается, третий молчит. И все трое лезут в мою жизнь, будто имеют на это право. Особенно он. Весёлый, настойчивый, невыносимый. Кормит, когда я голодаю. Спасает, когда я падаю. Смотрит так, будто я — не сломанная детдомовская девчонка, а самое ценное, что у него есть. Я не просила его о помощи. Но он всё равно здесь. Матвей: Я привык добиваться своего. На баскетбольной площадке, в институте, в жизни. Упрямство — моё второе имя. Но она — другое. Она отталкивает, хамит, убегает. Говорит, что не нуждается в помощи, а сама падает в обморок от голода. Она носит чужую кофту, но отказывается от чашки кофе. Она сильнее любого мужчины, которого я знаю, и одновременно — самая хрупкая. Я не знаю, что с ней случилось. Не знаю, почему она боится доверять. Не знаю, как заставить её остаться. Знаю только одно: я буду рядом. Даже если она сто раз скажет «уйди». Даже если брат смотрит на неё так же, как я.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Рядом с ней стоял одногруппник, с которым она сидела за одной партой. Он смотрел на меня в упор, и от его взгляда по спине побежал холодок. Но не от страха. От темных, почти черных глаз.

Я стояла напротив них, сжимая лямку рюкзака и ждала. Они молчали, и мне становилось скучно.

— Что надо? — не выдержала я.

— Еще раз тронешь мой телефон, я тебе волосы выдерну! — сказала Полина.

— Окей, допустим, я испугалась.

И снова тишина. Блондинка злилась, поглядывая на парня, а он не реагировал, стоял молча и выглядел абсолютно безразличным. Мне бы просто уйти от них, но старая привычка крикнула внутри, что сбегать нельзя. Уходя, ты показываешь свою трусость, и должен стоять до последнего. Даже если в тишине, даже если бьют. И я стояла, ждала, злилась, что они тратят мое время.

— Пошли? — наконец, ожил парень.

Полина, подняв подбородок, ушла первой. И ее гордость была такой нелепой, что я не удержалась и хмыкнула. Одногруппник лишь взглянул на меня и тоже ушел, и только после этого я двинулась в тот самый 302 кабинет.

Возле кабинета, переминаясь с ноги на ногу, стояла Яна. Издалека я видела, как она нерешительно клала руку на ручку, но тут же одергивала. Это позабавило меня еще больше, чем гордая Полина, и я с упорством танка сама толкнула дверь.

В кабинете было несколько студентов, и все разом обернулись на нас, но быстро потеряли интерес. И правильно, что на нас глазеть — обычные студентки: я с гневным взглядом после встречи с тупой блондинкой, и Яна, робко стоящая позади меня. Да уж, ей бы таблетки для храбрости выпить, чтобы не превращаться в статую перед новыми людьми.

— Какая группа? — спросил парень возле учительского стола, и я хотела ответить, но слова застряли в горле.

Те же темные глаза, что пару минут назад смотрели на меня в коридоре, сейчас пристально уставились на нас.

— Третья, — пропищала Яна.

— Меня зовут Тимур, я главный движения. Берите анкету и заполняйте.

Мы с Яной взяли листочки, и я быстро вписала свои данные. Ничего особенного — фамилия и имя, номер группы, номер телефона и чем готовы заниматься. Я поставила везде галочки — мне плевать, я могу и огород бабуле вскопать, и собачий загон убрать. Лишь бы это отразилось в характеристике, а в опеке увидели, что я белая и пушистая. А чем заниматься нужно для этого — совершенно неважно. Тем более, после уборки грязных унитазов в детдоме меня не испугать никакой работой.

Тимур тихим, спокойным голосом рассказал про движение, обещал всех добавить в общий чат, а я не могла оторваться от его глаз. Что за ерунда? Он только что стоял с Полиной, а теперь здесь. Пока я плутала по коридору в поисках нужного кабинета, он добежал быстрее. Но где же тогда тупая блондинка? И почему он спросил про номер группы, если и так знает?

Я встряхнула головой, чтобы перестать думать о ерунде.