ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Знаменитый сыщик петербургской полиции Родион Ванзаров уходит в отставку. Но и тут ему нет покоя! Он становится первым в России частным сыщиком – таким же блистательным, как и на государевой службе. И вот уже он получает заказ… не расследовать преступление, а предотвратить его. Изощренный ум Ванзарова сталкивается с не менее изощренным умом человека, который задумал и обставил будущее преступление как театральную постановку, – и в конце ее Ванзарову уготована награда: черноокая красавица. Но Родион этого еще не знает… ... В своем новом романе «Лабиринт Просперо» писатель Антон Чиж впервые в истории мирового детектива выводит на арену сразу трех конкурирующих частных детективов. Чем закончится их схватка? Такого еще не было…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его сосед напротив, занявший собой два дивана и еще два – под чемодан, камердинера и бесценную шубу, напрашивался под скорые выводы, но с ними спешить не следовало. Семейная пара, одетая во все новое, включая меховую накидку супруги, была примитивным, а потому трудным орешком. Зато импозантный господин с бритой головой и густой бородищей так и просился навесить на него ярлык, что-то вроде: «купец на каникулах».

Куда сложнее прощупать балагурящего господина в яркой жилетке, который то и дело вскакивал и приседал, словно ему не давала покоя заведенная пружина. А вот семья из трех женщин и одного мужчины казалась чрезвычайно аппетитным блюдом. Ванзаров принялся за него всерьез. Особенно за барышню. Когда же ее взгляд мимоходом задержался на нем, внутри ванзаровского сердца нечто щелкнуло, что всегда бывало сигналом к очередной потере головы. Допустить это в условиях экстренной командировки и непогоды за окном было непозволительной роскошью. Ванзаров постарался увести луч психологики подальше от барышни. Пусть себе едет с миром.

Перестук колес рвал разговоры пассажиров, но обрывки долетали. Он разобрал, что барышню звали Марго и вскоре ее день рождения, к шумному господину обращались просто по фамилии – Навлоцкий, он называл главу семейства на «ты» и Веронин, а к почтенной старушке, превшей под шубой, обращались исключительно «Лилия Карловна». Семейная пара шушукалась и чему-то радовалась. Господин с бородой мирно дремал, а персона с камердинером не считала нужным опускаться до общения с простыми смертными. Обычная дорожная скука. Одна надежда, что опасность умеет затаиться, натянув личину серой обыденности.

Поезд, пробиравшийся сквозь снежные хлопья все медленней, тяжко остановился, вздрогнул и замер окончательно. Пассажиры стали выглядывать в окна.

В белом молоке охапки крупного снега летели косыми стрелами. На миг привиделось, что поезд сбился с пути, очутился в неведомом мире, на волшебном острове посреди пустоты и вечности, где нет ни земли, ни неба, ни времени, ни пространства, а только белая бесконечность. Эта пустота была до рождения времени и будет после него. Человек в ней лишь мелкая соринка, по ошибке заброшенная, чтобы вечно падать и падать неведомо для чего и куда. Кувырками своими и попытками уцелеть, веселя вселенскую бессердечную пустоту, которой нет дела ни до чего. Пустота эта пожрет всех и все без остатка, растворит в себе и обратит в пустоту, которой не будет ни конца, ни края, ни дна. Ледяная вечность, серая и бескрайняя, заглядывала в окна пустыми глазницами.

Ветер протяжно выл. Мигнули вагонные фонари и погасли. В открытую дверь вагона налетел холод и жадно кинулся на теплые жертвы. Дамы сразу озябли. Мужчины запахнули пиджаки.