ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Мне нужна твоя помощь, Давид, — её большие, почти чёрные глаза уверенно смотрят в мои. — Я не занимаюсь благотворительностью, Рина. ... — Я заплачу. — Ты? Насмешила, детка. У тебя ничего нет. — Ты не прав, Давид. У меня есть я сама, и я готова подарить тебе себя за эту помощь. — Я женат, Рин. И, между прочим, моя жена сейчас находится через пару кабинетов от меня. — Я не предлагаю любить меня. Я предлагаю тебе постель, сопровождение. Всё, что ты пожелаешь, если это не навредит моему здоровью. Только помоги. — Хорошо. Я согласен. Но моя жена ничего не должна знать. Она носит моего наследника. — Обещаю… — Закрой кабинет и иди сюда, девочка, — хлопаю по колену. *** Ему 40. Ей 20. Между ними порочная, запретная связь, и никто не знает, чем всё это закончится.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Глава 25

Глава 25

Карина

Ощущая, как мои бёдра липнут от спермы Давида, чувствую горячий прилив паники, опаляющий шею и щёки. Мне вдруг становится сложнее дышать, а сердце начинает биться гораздо сильнее обычного. Он ещё прижимается к моей спине, а я упираюсь лбом в стену и пытаюсь успокоиться.

Я выпила утром таблетку, у меня стоит напоминание. Но всё равно не по себе. Постепенно возможность дышать возвращается. Давида тоже отпускает после оргазма. Мы быстро ополаскиваемся под душем и в полотенцах выходим из ванной.

В сумочке лежит упаковка экстренной контрацепции. На всякий случай. И до этого дня я о ней и не вспоминала, не было необходимости. С чего вдруг Давид решил сегодня устроить нам такой секс?

Достаю таблетки, внимательно читаю инструкцию и вынимаю одну из блистера. Это просто моя дополнительная страховка от незапланированной беременности. Глотаю её без воды. Давид забирает у меня остальные, тоже читает, хмурится.

– Ты же пьёшь обычные противозачаточные, – смотрит на меня.

– Пью. Зачем ты это сделал? Я же просила.

Случайный залёт – это аборт, а он может причинить вред здоровью. Он мне обещал! Обещал, что будет уважать эту мою просьбу. Вдруг однажды у меня всё же случится своя семья, и тогда можно думать о детях, а Кофман так эгоистично рискует…

– Ты так боишься забеременеть от меня? – бросает таблетки поверх моей сумки.

Вижу, как злится. Сжимает одну из ладоней в кулак, пальцами второй убирает за спину мои мокрые волосы и за полотенце тянет к себе.

– У тебя семья, Давид, – напоминаю ему очевидное. – Взрослый сын, жена, скоро будет ещё один ребёнок. Зачем тебе беременная любовница? Ты же не ради этого меня сюда привозишь.

– Рина, – улыбается он, – ты не просто любовница. Ты моя самая красивая, самая желанная девочка. И мне хочется присваивать тебя себе постоянно, разными способами. Это был один из них. Мужской порыв, инстинкт, который взял верх над головой, если хочешь. Ты же с ума меня сводишь, маленькая, – целует моё лицо. – Прости, был не прав.

– Не поступай так снова, пожалуйста, – почти умоляю его. – Я ведь больше ничего у тебя не прошу.

– Не буду, – обещает Кофман. – Но мне было очень хорошо, – снова мягко целует. – Мне с тобой очень хорошо, Рина. Всегда.

И до конца дня он меня больше не трогает. Мы просто проводим время вместе. Разговариваем, едим привезённую из ресторана еду, запивая вкусным гранатовым соком. Я молча радуюсь, что не наступила побочка от выпитой таблетки, и, окончательно успокоившись, перестаю думать об этом.

Вечером Давид везёт меня домой на своей машине. Всю дорогу крепко держит за руку и постоянно её целует.

– У тебя всё нормально? – решаюсь спросить.

Он действительно очень странный сегодня, начиная с секса в душе и по сию секунду.