ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Джек – нищий художник, творящий мало кому доступное искусство. Элизабет – беглянка из баснословно богатой семьи, образ жизни которой она презирает. Их окна разделены лишь узким проулком. Неделями и месяцами они подсматривают друг за другом, восхищаясь и считая, что человек в окне напротив никогда не заинтересуется тем, кто сейчас за ним наблюдает. Оба решили начать жизнь с чистого листа в Чикаго и теперь пытаются встроиться в мир, который им чужд. Оба бесконечно одиноки и мечтают о встрече с родственной душой, не подозревая, что родственная душа обитает в соседнем доме. Спустя двадцать лет Джек и Элизабет – респектабельная пара, переживающая кризис среднего возраста. Но они остались все теми же неприкаянными и одинокими мечтателями, как и в юности, и все так же сражаются с демонами, от которых когда-то хотели сбежать. Пытаясь разобраться в себе, каждый из них начинает глубинные раскопки собственной души, рискуя потерять лучшее, что у них есть, – друг друга. ... Пронзительный и остроумный роман о взрослении, браке, попытках сбежать от прошлого, о том, как одержимость в стремлении стать лучшей версией себя порой заводит людей в тупик. О том, как подмена живых чувств психологическими практиками оборачивается то комедией, то трагедией. Разбирая нелепости современного общества, «Велнесс» иронично и до интимности трогательно переосмысливает классическую историю любви. «Велнесс» – красивый, порой грустный, порой оглушительно смешной роман, но прежде всего, это честная книга о том, каким равнодушным и одновременно хрупким становится с годами человек, о том, как жизнь со временем выворачивает людей наизнанку. Это история любви и тревог нашей жизни. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Возможно, ее проблема с Джеком и Тоби заключается в том, что по сути своей она всегда была бесчувственной, отстраненной, холодной, скрытной. Она представила себе Джека, сидящего в «Судоверфи» в темноте и в полном одиночестве. Она вспомнила, как убеждала его пойти в клуб. Тогда она сказала, что ей нужны острые ощущения, что ответы на самые важные вопросы жизни уже даны, что она во всем разобралась – разобралась в себе , – и ей нужна небольшая доза таинственности. Какая глупость, подумала она теперь, какой бред. Нет, она еще не разобралась в себе. Она даже не начинала. И, может быть, этим и объясняется разочарованность, настигшая ее в среднем возрасте, когда она оказалась в самом низу U-образной кривой: может быть, именно столько времени требуется, чтобы понять, каким сложным и заковыристым образом ты обманываешь сам себя. Она встала, взяла свою сумочку и спросила коллег, не против ли они присмотреть за Тоби часок-другой. Выходя из офиса, она остановилась у дивана, где он играл в «Майнкрафт». – Тоби? Я отлучусь ненадолго. – Ага, – сказал он, глядя на экран. – Все будет хорошо? – Ага. Какое-то время она смотрела на него: немигающие глаза, отсутствующее выражение лица – было очень трудно привлечь его внимание, когда он в таком состоянии. – Пока, – сказала она, но никакой реакции не последовало. И тогда она добавила: – Не забудьте подписаться. Это сработало. Он поднял на нее взгляд, радостно улыбаясь. – Не забудьте подписаться! – Я скоро вернусь, – пообещала она и послала ему воздушный поцелуй. – Мам, – окликнул ее он, когда она уже выходила за дверь. – Что лучше? Алмазы или незерит? – Это я знаю. Незерит лучше. – Правильно. – Он прочнее. И не горит. – Он может даже плавать в лаве, – сказал Тоби. Она улыбнулась ему, своему чудесному маленькому мальчику. Помахала на прощание. Вышла на улицу и зашагала к своей машине, думая, что, возможно, эта игра не врет. Алмаз, конечно, самый прочный материал на свете, но иногда выдуманные вещи бывают еще прочнее. Она открывала дверцу, когда сзади вдруг послышалось: – Эй, Элизабет? Она обернулась и увидела, что из сумрака выступил Бенджамин Куинс, у которого был совсем нехарактерный для него обеспокоенный и виноватый вид. – Привет, Бен, – сказала она. – Что ты тут делаешь? – Надеюсь, я не напугал тебя, прячась в темноте? – Вот да, почему ты прятался в темноте? – У меня плохие новости. – Так. – Новости, которые я могу сообщить только лично. – Давай. – Боюсь, Элизабет, что инвесторы отказались от участия в нашем проекте. – О нет. – Да, инвесторы, финансисты, все они. Все до единого. Боюсь, у нас нет средств, чтобы закончить строительство «Судоверфи». Мне очень жаль. – Но почему они отказались? – Все эти скандалы, обсуждения в интернете, черный пиар, судебные иски.