Потом ещё обижались на меня за то, что я им заплатил мало!
Фасад здания теперь пестрел ввинченными крюками, которые мастера вбили, чтобы название ювелирного магазина повесить. Вот только не вышло. Ермолай Аристархович возжелал сделать как у нас и плотно прикрутить вывеску к стене. В принципе, получилось неплохо. Теперь ветер, если разойдется, то престанет хлопать и грохотать хотя бы здесь.
Предложила повесить кашпо с цветами на оставленные крюки. Красиво должно получиться. Ермолай Аристархович задумался. Под эту задумчивость я и пихнула ему список "женихов" для Серафимы.
Иришка поболтала с ювелиром об осмотре лекарем и разобрались с мазями и другими лекарствами. Мы вежливо подслушивали. Я как услышала, что мастера, которых нанял Ермолай Аристархович, нам вчера печку ремонтировали, то пятки мои засверкали ярче бриллиантов. Хорошо, что бежать только через дорогу.
В салоне творился маленький бардак больших размеров. Большая печь, которая отапливала весь первый этаж, была целой, но вся засыпанная песком. И отремонтированный угол сверкал голенькими кирпичами без побелки, а сам раствор стоял в ведре. Пол, столы, стулья… Все в пыли! Эстетический кондратий начал приобнимать меня.
– Ничего себе! – вошла Веселея. – Они что, решили тут песочницу смастерить? Мы, вроде бы, не собирались браться за сводничество детей.
– Надо прибраться и замазать. – приказным голосом возвестила Тания Власовна и села в уголок на чистый стул.
Иришка от этих слов передернулась и вызвалась побелить печь. Еще и предупредила, чтобы не пускали к этому делу Весю. Та только глаза закатила и сказала, что больше росписями не занимается и то, что было в Оплеухах – остается только в Оплеухах.
История меня заинтересовала. Обнаженка на печи придала небывалый энтузиазм и от подметания Веселея тоже была освобождена. Мало ли что она придумает. Пусть лучше малую печурку растопит и чай организует. Скоро клиент попрет, как ледокол Ленин.
Все побелено, подметено и отмыто. Мы тоже. В смысле, что отмыты и переодеты после того, как были побелены и заметены. Чай с листьями смородины готов, "бабки" еще теплые под полотенцем и мы, готовые сожрать все вместе с листьями и полотенцами. Голод проснулся после трудов очищающих.
– Ты расплатилась с печниками? – прочавкала Веселея.
– Угу. – фыркнула я в ответ. – Они еще скидку сделали. Я так понимаю, причину этой скидки мы только что убрали.
К приходу Розы Иосифовны часть угощений осела в наших попузяо. Даже бабушка не побрезговала и сейчас еле дышала.
– Таки шо вы мне можете предложить, здравствуйте. – грациозно вошла без стука мама Тимофея и бросила за спину – Девочки, заходим и нисколько не стесняемся.
Ну как же она на Шерлока похожа! Так, Олена.






