ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Освоилась на новом месте, поучаствовала жертвой в криминальных делишках деда, как могла сеяла добро и свет в селе и вышла замуж. Пора перебираться в город и сеять и добрить уже там. Малые Колокола, сваха начинает свое дело! Просьба всем пострадавшим и несогласным обращаться к моему личному юристу Веселее Львовне. И запомните - я не виновата! Сваха Егорина Ленина Освоилась на новом месте, поучаствовала жертвой в криминальных делишках деда, как могла сеяла добро и свет в селе и вышла замуж. Пора перебираться в город и сеять и добрить уже там. Малые Колокола, сваха начинает свое дело! Просьба всем пострадавшим и несогласным обращаться к моему личному юристу Веселее Львовне. И запомните - я не виновата! Два дня до открытия. Два дня до открытия. Как же не хочется вставать ранехонько… Но горшок сынули уже звякнул крышкой и вот-вот надо будет бежать в ванную комнату. Это ещё хорошо, что Иришка мне про водопровод сказала, а не то пришлось бы мне бегать до бани. Кстати, папулю я тоже этим вопросом напрягла и в кухне он такую же штуковину провёл. И вот – по металлическим трубам у нас уже течёт вода. Да холодная, зато есть! А приблуды нагревательные ещё не поставили. Этим займётся некий Бром-Барий, который то ли химический элемент, то ли человеческий индивид. Позднее разберёмся, но Вик утвердил его на роль поставщика этих кипятильников. Опять немножко жаль, что я экономист, которых везде тьма и кучи. Вот выучилась бы на какого-нибудь сварщика-слесаря-технолога-таролога-проктолога, чтобы

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Отцепись ты уже от девушки! – приказала я. – Или ты уже к батюшке собрался ее вести?

– Только через мой труп! – воскликнул багровый ювелир.

– Не переживайте! Мы подождем. – кивнула я и быстренько добавила – Я хотела сказать, что вы вполне можете поменять свое мнение.

В храм никто идти не хотел. Только сама девушка и её мать. Но это и понятно. Я уточнила у ювелира какими качествами должен обладать будущий зять и он такое загнул! Сначала неприличное мычание, сквозь которое я расслышала пару новых образных вывертов. Повторила шепотом моей напарнице и та споро зафиксировала их в тетрадь. Затем ювелир раскатал губу на богатого и деловитого, и чтоб круглым сиротой был, и зависел только от его настроения и ещё куча всевозможных бредовых желаний. Маляр начал медленный отход от него за наши спины.

Серафима даже внимания не обратила на подобный папенькин словесный номер. Видать, привыкла уже. Только тихонько подбиралась к Тимофею чтобы хоть рядышком постоять с мужчиной, который не являлся ее родственником.

Мы с Веселеей переглянулись, выразительно стрельнули глазами на нашего смущенного работника и судьба молодых людей уже была нами решена. Извиняться потом не буду.

С работником и инвентарем мы вернулись к нашему небольшому зданию. И замерли. Мало того, что вывеска наша в одном углу не прокрасилась и там будто размытые звезды появились, дак еще и банка с краской опрокинулась и потекла на входную дверь!

Веселея стояла шокированная, Тимофей с интересом наблюдал за черными ручейками, стекающими по темно-зеленой двери, а я состроила из пальцев рамочку, выставила их на расстояние вытянутой руки и закрыла один глаз.

– Красим еще и дверь! – приняла я решение и хлопнула в ладошки.

От хлопка все очнулись, а мимо проходящие вздрогнули.

– Краски не хватит. – оценил фронт работ маляр.

– Мы не хотели ничего больше менять! – влезла с замечанием Веселея.

– Тут сам Единый подал знак! – подняла я вверх указательный палец. – Дверь в черный, ручки в золотой и получится дорого-богато. А когда еще и вывеска будет такая же, то лавка ювелира затмится нашим детищем! И вообще, я тут старшая и не надо со мной спорить!

– Мы ровесницы. – уперла руки в боки соратница.

– Ничего подобного! Ты весенняя, а я осенняя. – тут я поняла, что закапываюсь и перевела тему. – Брысь вверх и убирай следы преступного побега краски, а мы пока поговорим о твоей судьбе.

– О моей? – удивился Тимофей.

– И Серафимы. – поддержала меня Веся. – Или она тебе не нравится?

По заиканию, краснению и бледнению диагноз был поставлен даже ничего не понимающим стражником, который делал очередной обход.

– Вы уже открылись? – подошел он к нам. – Вик говорил, что только завтра.

– Завтра и открываемся. – влезла Веселея. – А тебе-то что, Марик? Ты ведь уже нашел себе невесту.