Девушка сидела прямо, её поза выглядела спокойной, но в глубине серых глаз под красной чёлкой плескалась холодная стальная ярость. Тим разглядывал свои руки.
– Там не было ничего такого, что стоило бы сохранять, – тихо, но чётко произнёс Тим. – Какая-то бойня для душ. Я лишь устранил главных.
– Что и является ключевым моментом, – шеф хлопнул ладонью по столу. – Формально, это диверсия, осложнённая убийствами. Особо тяжкое преступление. Неформально – мы предотвратили рождение новой формы тоталитарного контроля. То, что делал Кирс, было страшнее любой бомбы. Совет директоров компании в ярости от убытков, но те, кто повыше, те, кто в тени… им эта технология поперёк горла встала. Она новая и была им ни к чему. Слишком опасная и неуправляемая. Слишком. Так что наш отчёт с формулировкой о «технической аварии, приведшей к уничтожению опытного образца и гибели главного разработчика в результате несчастного случая» устроил всех. Дело о разгроме лаборатории будет закрыто.
– Было время, когда я тебя подозревал, – смущённо признался я.
– С чего бы это? – удивился шеф.
– Кое-какие инициалы с твоими совпали на одном документе.
– Что за документ?
– Случайно в доме Дин-Дикела сгорел, – солгал я. – Вместе с трупом хозяина.
– Вечно у тебя всякие случайности, а мне расхлёбывать теперь, – проворчал шеф.
– А Вир Тау, мой контактёр, почему погиб? – задал я очередной вопрос. – Его-то кто убил?
– Его убил шедший на посадку неисправный флаер, когда этот твой Вир Тау выскочил как ошпаренный на проезжую часть перед зданием, где у тебя офис. Несчастный случай. За парнем давно следила полиция, а когда на трупе нашли следы из твоего кабинета, да и следящие камеры это подтвердили, всё закрутилось. Кстати, ты вёл себя странно. Начал активно посещать подземелья, в какие-то переделки попадал. Ты и раньше в них попадал, но последнее время как-то уж слишком. Сменился паттерн твоего поведения. Это и привлекло внимание полиции. Я даже запрос на тебя получил, не стал тебе говорить. Ну а потом – сам знаешь.
В кабинете повисло молчание, нарушаемое лишь едва слышным гулом мегаполиса за бронированным стеклом.
– И как теперь? Это всё что ли? – наконец, спросил Тим. В его голосе прозвучала усталость и горечь. – Просто следы за собой стираем?
– Нет, конечно. Не всё. Почему – стираем? – твёрдо заявил Скиннер. – Не стираем. Архивируем. Помечаем грифом «Навечно» и прячем в самый тёмный угол самого защищённого сервера. Потому что мир не готов к таким технологиям. Потому что кто-то должен помнить, какой ценой была остановлена эта машина. И кто-то должен быть настороже, если кто-то попытается построить её снова.
– А что там с бывшими «Глюками» и Тейс? – полюбопытствовал я. – Чем там закончилось?
– Там много всего, – неохотно ответил шеф.






