– Сейчас мы получили записи ключевых моментов тех событий, но расскажу, чтобы потом не возвращаться. На самом деле не всё ещё закончилось. Что-то наоборот – началось. Конечно, не все из прежней банды «Глюков» клюнули на предоставленную им замануху. Значительная их часть откололась. Они заявили, что не хотят иметь ничего общего с Системой, объявили своих прежних товарищей предателями и ушли ещё глубже под землю.
Их возглавил небезызвестный вам Старый Фикс, обильно аугментированный мужчина, взявший себе новую кличку – Мастак. Говорят, если Тейс испытывала боль, то Мастак чувствовал лишь тишину. Его импланты были заточены не на тонкие восприятия, а на создание максимально мощных и разрушительных импульсов – этаких цифровых криков ярости. Он всегда казался самым радикальным и любой компромисс с «верхами» воспринимал как личное оскорбление.
«Они купили вас конфеткой, Тейс! – его искаженный голос прорывался потом сквозь помехи в общий чат, к которому новые „Глюки“ ещё имели доступ. – Вы стали их ручными шавками! Вы тявкаете там, куда они покажут! Мы этого не простим и не забудем!»
Они и не забыли. Впрочем, их атаки изменились. Раньше там, где был хаотичный вандализм, появился направленный протест. Теперь Мастак проводил точечные, жестокие удары. Его банда не просто глушила свет – они выжигали трансформаторы, оставляя целые кварталы без энергии. Они не только показывали смешные картинки на экранах – они врывались в больничные сети, искажая диагнозы и рецепты. Их целью стало не доказывать хрупкость системы, а причинять максимальную боль, показать, что любое доверие к системе – смертельная ошибка.
Для Тейс и её команды это стало личной трагедией. Они знали всех этих людей. Делили с ними консервы в тёмных тоннелях, спали плечом к плечу у тёплых серверов. Теперь же они оказались вынуждены охотиться на своих же. Работа «Оракула» превратилась из захватывающего квеста в изматывающую гражданскую войну.
Искин спокойно наблюдал и за этим расколом. Его алгоритмы просчитывали тысячи вариантов исхода. Подавление силой было возможно, но привело бы к эскалации и новым жертвам среди мирных жителей. Искину это показалось неоптимальным. Он видел в Мастаке и его последователях не только угрозу, но и симптом более глубокой болезни – абсолютного, тотального недоверия, порождённого прошлыми ошибками самого Искина. Незаживающая рана.
Однажды ночью, когда команда Тейс отбила особенно изощренную атаку на систему водоснабжения, её личный терминал выдал сообщение. Не через официальные каналы «Оракула», а через старое, забытое аварийное соединение, которым они пользовались в подполье. Это сообщение звучало так:
«СуперАдмин: Тейс, схема их атак не случайна. Они повторяют мои давние ошибки.






