ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Революция в России, к огорчению всей Европы, не состоялась. Вместо этого революционерам и всем к ним примкнувшим настоятельно рекомендовали сменить место проживания и вид деятельности на сибирские рудники и лесоповалы… «Восстание в Ирландии! Русские самолёты бомбят Париж, Берлин и Лондон! Эскадра адмирала Эссена подходит к Ла-Маншу…» – пестрят паническими заголовками европейские газеты. ... Наяву воплощаются самые страшные кошмары Западной Европы. И в эпицентре этих кошмаров по воле рока и велению сердца оказывается полковник Грачёв. Перелёты через всю Европу, воздушные сражения в небе Соединённого королевства, бомбардировка Королевских верфей, революция в Германии – вот скромный перечень приключений, выпавших на долю храброго офицера-авиатора Русской Армии. Трудное время требует от каждого человека весьма непростых решений… «Что они делают там, за границей? Эти, якобы русские подданные? Вместо того, чтобы принимать участие в судьбе своей страны, быть с ней рядом в это весьма непростое время? Рядом со всем русским народом? Рядом с тобой и со мной?» Так говорит Император о проживающих за границей русских подданных. После чего внимательно смотрит на вдовствующую Императрицу Марию Фёдоровну и решительно заключает: – Идёт война, и все русские находятся здесь, в России…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И при этом постараться так это проделать, чтобы надо мной ни одна веточка не шелохнулась… Есть движение на противоположном склоне! Приложился к винтовке, да отстранился, не стал пока на спусковой крючок нажимать – нельзя, рано, да и пусть они в распадок спустятся. Как раз туда же сейчас должны и Николай Александрович с этим… гм, интеллигентом подходить. Мне отсюда не видно, где они там, но точно должны. Второв в подобных делах собаку съел. Заодно и наша обходная группа ближе подтянется. Высовываться на гребень сопки они не станут, есть у нас такая договоренность. Даже не договоренность, а грамотно поставленная боевая задача. Иначе же можно и перепутать цели, по своим отстреляться. Ну мало ли кому из наших что в голову прийти может? Нет, насколько проще с военными людьми дело иметь… Точно, трое идут. Середину склона прошли. Таятся, осторожно идут. Если бы я их не ждал, то вряд ли заметил бы. Опытные… Открытых мест избегают, от дерева к дереву друг за другом переходят, ни одна веточка не колыхнется. Так что однозначно они не просто погулять вышли… Надо бы наших дозорных потом благодарностью отметить за бдительность. Краем глаза движение слева заметил. Тихонечко голову повернул, а это один из солдатиков там нервничает, жестом мне показывает, что стрелять пора. Несколько раз же было всем сказано, что стрелять можно будет только после моего выстрела! Вот же черт! Улыбнулся в ответ, головой чутка качнул – нет, пока еще не пора. И снова замер на своей лежке. Голову чуть влево наклонил, что-то впереди наблюдению мешает. Не помогло, наклонил вправо, то же самое. Чертыхнулся про себя и только тогда сообразил, что это комарье сетку накомарника облепило. Да и ладно! Так, вот теперь я хорошо вижу и наших, и не наших. Наши уже на месте, а вот гости пока только на подходе. Грамотно Николай Александрович рассчитал место встречи. Как раз на прогалине она и произойдет. Так, Второв с инженером вроде бы как на привал устраиваются, планшетки расстегнули, карты с блокнотами достали, склонились над ними. Приманку лакомую из себя сделали. Это уже мы с Николаем Александровичем по-быстрому такую схему придумали. Показать преследователям карты и бумаги с записями. Приманкой сработать. Если именно за этим они пришли, то точно не смогут удержаться и нападут… И Второву дополнительно к его собственному один из своих пистолетов отдал. Карабинами они просто не успеют воспользоваться. Если что… Риск? А без риска в этом деле никуда. Теперь главное, чтобы этот риск получился оправданным. И для этого нам никак нельзя оплошать. Расстояние до них шагов восемьдесят, прекрасно все видно. Мотнул головой, прогоняя комаров, и похолодел. Нельзя же шевелиться! А вдруг заметят мое движение? Замер.