ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сафина Боцарис: След в ее жизни - анонимное интервью, которое она была вынуждена опубликовать по настоянию отца Алана. Ради его спокойного будущего она сделала шаг, о котором не может отрицать: запечатлела судьбу незнакомца, даже не зная, к каким последствиям это приведет. ... Алан Руставели: Пробираясь по следу, ведущему к мести, Алан приезжает в Россию, чтобы отомстить за смерть отца, убитого из-за того самого анонимного интервью. Он рос без родного отца, но мечтал узнать его историю. И теперь, когда перед ним стоят три девушки, одна из которых - газета, которую он ищет, Алан сталкивается с неожиданным выбором. Стоит ли ему продолжать охоту за местью или отпустить ненависть ради любви и понимания того, что скрывается под масками?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вдалеке слышались приближающиеся шаги.

Мои плечи дрогнули, когда я услышала этот голос. Я медленно повернулась к Алану, мой взгляд был полон мольбы и тревоги за его жизнь.

– Алан, уходи, они здесь. Они тебя убьют. – Я отпрянула, узнав знакомый голос Акулова. – Пожалуйста, уходи. Ради меня…

– Ты хочешь, чтобы я остался с ним, подвергая себя опасности ради меня? – голос Алана дрогнул от гнева. – Я знаю, что завтра этот мерзавец планирует свадьбу.

Я умоляюще смотрела на Алана, призывая его уйти, спрятаться, бежать. Но он остался на месте, словно вырос из земли. Он встал передо мной, закрывая собой, и сказал тихо, но твердо:

– Не двигайся. Мои люди в этом саду. Как только он войдет, его сразу схватят.

– Алан, – я резко шагнула к нему, хватая за рукава, – Акулов – внук Абрахамов. Они убили моего отца и напали на маму с Давидом. Они не остановятся, пока не убьют и тебя.

– Я убью его первым! – воскликнул он, перебивая меня.

В этот момент я увидела движение у входа в беседку. Алан удивленно смотрел на меня, но мой взгляд был прикован к фигуре в дверном проеме. Алехандро Абрахам. Он держал пистолет и целился в Алана.

Время замедлилось.

Я заметила, как его палец напрягается на курке. Он целился в Алана.

Я не думала. Я просто бросилась вперед, закрывая собой любимого.

Раздался выстрел.

Пуля не попала туда, куда он целился изначально. Моя смелость спасла жизнь любимому, но цена оказалась слишком высока – пуля угодила в меня.

– Нет! – воскликнул Алан, растерянно глядя на меня. – Сафина, нет!

Я была в сознании, но тяжело дышала. Боль нарастала. Я смотрела на Алана, чувствуя, как тепло уходит из тела. Внезапно я увидела Алехандро у двери, он снова занес оружие…

– Не надо… – прошептала я, умоляюще глядя на Акулова.

Но люди Алана Руставели успели вовремя. Я услышала шум борьбы, крики. Они схватили Алехандро Абрахама, выбили оружие, скрутили, как заключенного, и, надев мешок на голову, увели к машине.

Я почувствовала, как мои ноги подкосились. Алан успел подхватить меня. Он осторожно уложил меня к себе на колени и положил свою руку поверх моей, пытаясь остановить кровотечение.

– Алан… – выдохнула я, едва улыбнувшись сквозь боль. – Ты цел…

*** Алан

***

Алан

Время будто остановилось. Сафина смотрела мне в глаза, теряя силы от пулевого ранения. Кровь, темная и густая, пропитывала её одежду, растекаясь зловещим багряным пятном и по моей тоже. Я прижал ладонь к ране, пытаясь остановить кровотечение, но ткань быстро намокала. Её дыхание становилось всё более поверхностным, прерывистым. В глазах, где ещё недавно горела жизнь, теперь отражались лишь боль и безвыходность.

– Сафина… – прошептал я, надеясь, что она меня слышит.

Её веки дрогнули, и она попыталась улыбнуться. Эта слабая, едва заметная улыбка пронзила моё сердце острее любого ножа.