ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сафина Боцарис: След в ее жизни - анонимное интервью, которое она была вынуждена опубликовать по настоянию отца Алана. Ради его спокойного будущего она сделала шаг, о котором не может отрицать: запечатлела судьбу незнакомца, даже не зная, к каким последствиям это приведет. ... Алан Руставели: Пробираясь по следу, ведущему к мести, Алан приезжает в Россию, чтобы отомстить за смерть отца, убитого из-за того самого анонимного интервью. Он рос без родного отца, но мечтал узнать его историю. И теперь, когда перед ним стоят три девушки, одна из которых - газета, которую он ищет, Алан сталкивается с неожиданным выбором. Стоит ли ему продолжать охоту за местью или отпустить ненависть ради любви и понимания того, что скрывается под масками?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я верил, я знал: даже во сне она слышит меня. Я достучусь до её сознания, и она вернется ко мне…

*** Сафина

***

Сафина

Я бежала от надвигающейся тьмы. Вокруг была деревня – темная, пугающая, словно сошедшая с экранов фильма ужасов.

Добежав до моста, я попыталась отдышаться. Навстречу мне в спешке шла старушка.

– Беги прямо по мосту до конца, – затараторила она. – А затем, если увидишь пустоту, шагни в нее. Не бойся, там твое спасение!

– Спасибо, – кивнула я и продолжила путь.

Вот и настал момент. Я стояла на обрыве. Впереди виднелся тот самый конец.

«Если я застряла в этой страшной деревне, надо как-то выбираться», – подумала я и сделала то, что должна была.

Я прыгнула.

Сама не понимая, как это произошло, я упала в реку. Вода была кристально чистой, прозрачной настолько, что я могла рассмотреть всё до мельчайших деталей. Но постепенно я осознала: я тону. Мои легкие наполнялись водой. Я пыталась вынырнуть, но безуспешно. Меня охватила паника. Я закрыла глаза, смиряясь с неизбежным.

Вдруг кто-то резко схватил меня за руку и потянул на поверхность.

Я открыла глаза и увидела знакомые, родные глаза…Это был Алан.

Он стоял передо мной, держа меня за руку. Реальность медленно возвращалась ко мне.

– Алан… – тихо произнесла я, не сдерживая радости. Я улыбнулась, но вдруг почувствовала тянущую боль внизу живота.

Точно…

Я вспомнила.

В меня стреляли.

*** Алан

***

Алан

Я не переставал осторожно целовать её руки. Она была ещё слишком слаба. Доктора осмотрели Сафину и сообщили, что сегодня вечером нас могут перевести в больницу в Гранаде. Эта новость радовала меня.

– У тебя появился шрам, – заметила она с лёгкой грустью, осторожно коснувшись моего подбородка.

– Ерунда, – ответил я, не отрывая от неё взгляда.

– Это из-за пожара, верно? – обеспокоенно произнесла она.

Я кивнул.

– К чёрту пожар. Ты рядом и пришла в себя, это главное.

Я видел, насколько Сафина слаба, но оставаться в Альмерии мы больше не могли. Нам нужно возвращаться домой, в Гранаду. Участь Алехандро была предрешена. Ему конец, и об этом знали все кланы Испании, да и за её пределами тоже. Наказание за похищение моей жены и попытку насильно жениться на ней он понесёт у всех на глазах.

*** Сафина

***

Сафина

Я увидела мужчину, стоящего у моей койки. Он смотрел на меня так, будто не верил своим глазам. Это был Левиафан, отец Алана. Казалось, время для него остановилось. В его взгляде читалась буря эмоций: воспоминания о похоронах, о рыданиях сына, о моментах, когда он пытался остановить Алана, который так рвался на поиски, веря, что я жива.

И это оказалось правдой.

Я была здесь.

Левиафан попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Я заметила его замешательство. Затем мой взгляд встретился с взглядом Алана. Его лицо озаряла улыбка – самая прекрасная улыбка на свете.