Я верил, я знал: даже во сне она слышит меня. Я достучусь до её сознания, и она вернется ко мне…
*** Сафина
***
Сафина
Я бежала от надвигающейся тьмы. Вокруг была деревня – темная, пугающая, словно сошедшая с экранов фильма ужасов.
Добежав до моста, я попыталась отдышаться. Навстречу мне в спешке шла старушка.
– Беги прямо по мосту до конца, – затараторила она. – А затем, если увидишь пустоту, шагни в нее. Не бойся, там твое спасение!
– Спасибо, – кивнула я и продолжила путь.
Вот и настал момент. Я стояла на обрыве. Впереди виднелся тот самый конец.
«Если я застряла в этой страшной деревне, надо как-то выбираться», – подумала я и сделала то, что должна была.
Я прыгнула.
Сама не понимая, как это произошло, я упала в реку. Вода была кристально чистой, прозрачной настолько, что я могла рассмотреть всё до мельчайших деталей. Но постепенно я осознала: я тону. Мои легкие наполнялись водой. Я пыталась вынырнуть, но безуспешно. Меня охватила паника. Я закрыла глаза, смиряясь с неизбежным.
Вдруг кто-то резко схватил меня за руку и потянул на поверхность.
Я открыла глаза и увидела знакомые, родные глаза…Это был Алан.
Он стоял передо мной, держа меня за руку. Реальность медленно возвращалась ко мне.
– Алан… – тихо произнесла я, не сдерживая радости. Я улыбнулась, но вдруг почувствовала тянущую боль внизу живота.
Точно…
Я вспомнила.
В меня стреляли.
*** Алан
***
Алан
Я не переставал осторожно целовать её руки. Она была ещё слишком слаба. Доктора осмотрели Сафину и сообщили, что сегодня вечером нас могут перевести в больницу в Гранаде. Эта новость радовала меня.
– У тебя появился шрам, – заметила она с лёгкой грустью, осторожно коснувшись моего подбородка.
– Ерунда, – ответил я, не отрывая от неё взгляда.
– Это из-за пожара, верно? – обеспокоенно произнесла она.
Я кивнул.
– К чёрту пожар. Ты рядом и пришла в себя, это главное.
Я видел, насколько Сафина слаба, но оставаться в Альмерии мы больше не могли. Нам нужно возвращаться домой, в Гранаду. Участь Алехандро была предрешена. Ему конец, и об этом знали все кланы Испании, да и за её пределами тоже. Наказание за похищение моей жены и попытку насильно жениться на ней он понесёт у всех на глазах.
*** Сафина
***
Сафина
Я увидела мужчину, стоящего у моей койки. Он смотрел на меня так, будто не верил своим глазам. Это был Левиафан, отец Алана. Казалось, время для него остановилось. В его взгляде читалась буря эмоций: воспоминания о похоронах, о рыданиях сына, о моментах, когда он пытался остановить Алана, который так рвался на поиски, веря, что я жива.
И это оказалось правдой.
Я была здесь.
Левиафан попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Я заметила его замешательство. Затем мой взгляд встретился с взглядом Алана. Его лицо озаряла улыбка – самая прекрасная улыбка на свете.






