И опять меня терзает вопрос, откуда ты узнал про него?
– Ему же живот вспороли как раз во дворе дома, где жили он и Покровская.
Наварский в изумлении смотрел на друга и утверждался в мысли, что Саша находится в правильном месте.
– Любовь Семеновна видела, как к нему подошел тип в плаще, а потом ушел, – продолжал настаивать на своем Туманов.
– Ах, ты о том случае. В ту ночь сбили человека во дворе Покровской насмерть. Водитель вышел из машины, увидел, что сделал, испугался и решил скрыться. Задержан уже. Именно его видела Любовь Семеновна.
– Я ничего не понимаю, – Саша вновь потер глаза. – А Покровская? Скажешь, ее тоже не убили, да?
– Да, – удивленно пожал плечами Рома. – Она умерла от сердечной недостаточности.
– Ей всадили нож в сердце, Ромыч! – твердо произнес Саша, на сто процентов уверенный в своей правоте.
– Боже, Саша. Если бы я знал, что у тебя настолько все плохо с психическим здоровьем, я бы определил тебя в это место еще раньше. Ты же проходил медосмотр на работе, и никогда тебе не ставили никаких диагнозов. Неужели увольнение так на тебя повлияло? Ты же был нормальным.
Рома замолчал и уставился на друга, но тот всем своим видом давал понять, что он не придуривается. А действительно верит в то, что Крылову, Полтавского и Покровскую убили.
– У Покровской были проблемы с сердцем. Это все, что я могу сказать, и никакого криминала в ее смерти нет, – заключил Наварский.
– Но я же расследовал их убийство, – упорствовал Туманов.
– Саш, ты вел расследование убийств, которых не было.
В палате повисла тишина. Саша верил Роме, но он так же верил себе. Откуда тогда он мог узнать о Крыловой, Полтавском и Покровской?
«Так много вопросов и так мало ответов», – подумал про себя Саша.
– Но Щеглов нарыл мне информацию об убийцах, которые оставляли на месте преступления Ликорис, – попытался привести еще один аргумент Туманов.
– Ли… что? – не понял Рома.
– Ликорис – цветок смерти.
– Все, что я видел от Щеглова – это досье на умерших. Кстати, за это ему спасибо. Мне хоть было за что зацепиться, чтобы узнать о них всю информацию. Но я не нашел никаких убийств, связанных с этим твоим Ликосом.
– Ликорисом!
– Ликорисом.
– Я ничего не понимаю. Рома, я же не мог настолько сойти с ума, – Саша вновь сел на стул и закрыл лицо руками.
Наварский глянул на залитую солнцем улицу и предложил:
– Сань, давай пройдемся.
Друзья шли по выложенной плиткой дорожке. В этой части прогулочной зоны не было деревьев, и Саша наслаждался горячими лучами солнца. Рома шел рядом, засунув руки в карманы, и тоже наслаждался – уединением и тишиной.
– Санчо, может, мне тоже сюда приехать на лечение. Попрошусь в курортное, отдохну. Заколебался я на работе, в отпуске с прошлого года не был, – рассуждал Наварский.
– Приезжай, поселят тебя в соседнюю палату.






