Но так и быть, только отдышусь немного… Она опустилась на горячую землю, прислонившись спиной к древесному стволу, и через одежду почувствовала исходящий от него жар – того и гляди дерево вспыхнет само по себе, и даже спички не потребуется. А хуже всего то, что оно совсем не отбрасывало тени, в которой можно укрыться от палящего солнца. Здесь вообще негде было прятаться, и это действовало на нервы. Река лежала перед ней, как дохлая змея. Она оказалась не самой широкой. Ива легко могла бы добросить камнем до противоположного высокого берега. С ее же стороны берег представлял собой нечто вроде полосы из высохшей красной глины. Не исключено, что под потрескавшейся коркой скрывалась жидкая грязь – смертельная ловушка для всякого, кто отважится подойти слишком близко. Ступишь на обманчиво твердую почву, провалишься и уже никогда не сможешь выбраться. Не было ни тростника, ни камышей – ничего такого, что обычно растет по берегам рек. Над водой не кружили насекомые. На глинистой корке не виднелось следов, и Ива была почти уверена, что в красной воде не водится рыба… Ива огляделась по сторонам. Да так и замерла с раскрытым ртом. Всего в сотне метров от нее, на берегу реки стоял странный дом. – Ух ты… – Девочка чуть приподнялась. – Ну, надо же… Она была уверена, что секунду назад там ничего не было! Или все-таки было? Ива нахмурилась. Память играла в странные игры. Чем больше она об этом думала, тем сильнее ей казалось, что дом на берегу стоял здесь с самого начала. И именно к нему она и направлялась от скалы. Но ведь… Дом? Точнее она сказать не могла просто потому, что ничего подобного раньше не видела. Дом был почти целиком железный, а сзади у него крепилось колесо с широкими лопастями из растрескавшихся досок. Над крышей торчали две трубы, однако дымок над ними не вился, да и вообще эта штука выглядела так, будто ее давно забросили. Некогда ее покрасили белой краской, но сейчас красная пыль въелась так глубоко, что цвет наводил на мысли о молоке с кровью. – Может, это мельница? – предположила Ива. Про мельницы она читала. И тут в ее голове опять что-то изменилось, и она уже точно знала, что никакая это не мельница, а… – Это лодка, – прошептала Ива. – Ну, я так думаю. И, кажется, она тут крепко застряла. И… Это же пароход! Иве стало не по себе, в животе появилось странное ощущение пустоты. Последний раз что-то подобное она чувствовала, когда каталась со снежной горы на железном противне, который стащила у Поварихи. Но сейчас она никуда не падала, а сидела на месте. И тем не менее у нее даже голова закружилась. Про то, что странный дом это пароход, она не догадалась, а вспомнила. Беда в том, что до сегодняшнего дня Ива понятия не имела, что такое пароход . Ива испуганно посмотрела на Кинджу.

Об этой истории
Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Дом Ночи Дмитрий Колодан Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Глава 1 Глава 1 Сделка Женщина была мертва и знала об этом. Она уже не чувствовала боли. Боль была вначале: яркая вспышка в мгновение выжгла ее изнутри. Боль ушла, и остался только холод, ледяным шаром набухавший внизу живота. Женщина не помнила, как выбралась из горящей машины, не помнила, как вытащила из нее своего ребенка. Это случилось давно, когда она была жива. Сейчас она лежала на мягкой земле, жадно глотавшей последние капли крови. Изломанное тело, освещенное алым пламенем. Муж остался в машине. Сквозь огонь еще виднелся темный силуэт, но женщина не смотрела в ту сторону. Все было кончено. Рядом захлебывался в писклявом крике младенец. Девочка хотела есть, она замерзла и испугалась. Женщина ничем не могла ей помочь. Хотелось плакать от бессилия, но в глазах не оста





