ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Дом Ночи Дмитрий Колодан Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Глава 1 Глава 1 Сделка Женщина была мертва и знала об этом. Она уже не чувствовала боли. Боль была вначале: яркая вспышка в мгновение выжгла ее изнутри. Боль ушла, и остался только холод, ледяным шаром набухавший внизу живота. Женщина не помнила, как выбралась из горящей машины, не помнила, как вытащила из нее своего ребенка. Это случилось давно, когда она была жива. Сейчас она лежала на мягкой земле, жадно глотавшей последние капли крови. Изломанное тело, освещенное алым пламенем. Муж остался в машине. Сквозь огонь еще виднелся темный силуэт, но женщина не смотрела в ту сторону. Все было кончено. Рядом захлебывался в писклявом крике младенец. Девочка хотела есть, она замерзла и испугалась. Женщина ничем не могла ей помочь. Хотелось плакать от бессилия, но в глазах не оста

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Процесс приготовления кофе давно превратился в некий ритуал, в котором все действия были доведены до автоматизма, и ему сложно было переключиться. Кофейник ему заменяла закопченная консервная банка, плиту – старая керосинка без колпака. Хендерсон зажег ее с одной спички и подкрутил фитиль. Зачерпнул консервной банкой воды из ведра на полу, поставил на огонь, снова взял жестянку с кофе… Он настолько погрузился в процесс, что, похоже, забыл о существовании Ивы. Не то чтобы это ее огорчало – сказать по правде, Хендерсон был не самый приятный тип, – однако настораживало. Пока еще она не могла сказать, что господин Капитан выжил из ума, но с каждой минутой все больше и больше укреплялась в этой мысли. – Главное, – сказал Хендерсон, – это не напутать с пропорциями. Ошибешься, и пиши пропало. Важен баланс… Говоря это, он не глядя сыпанул порошок в закипающую воду. Никак не меньше целой горсти. Ни о каком балансе тут и речи быть не могло. Грязно-белая пена поползла через край, но старик вовремя поднял банку, пока не залило огонь. – Ну? Поняла, как это делается? – Вроде бы… Роза учила ее готовить кофе иначе: добавлять его по ложечке, дать настояться, чтобы могли раскрыться оттенки вкуса. Если бы Повариха увидела, как это делает Хендерсон, ее бы хватил удар. Ива втянула носом аромат, наполнивший камбуз. И едва не расчихалась, на глаза навернулись слезы. Любой кофе, который делала Повариха, в сравнении с этим напитком был не более чем мутной водицей. – Зачем делать такой крепкий кофе? – не сдержалась Ива. – Его же невозможно пить! Старик фыркнул: – Да. Для этого и придумали сахар. Сахар обнаружился в другой жестянке: старик от души сыпанул его в бурлящее варево и не стал размешивать. Ива смотрела на него с ужасом. Она знала слово «кощунство», но до сих пор смутно представляла, что оно означает. Теперь все встало на свои места. Кощунство – это то, что господин Капитан делал с кофе. Что бы он там ни готовил, но назвать этот напиток «кофе» язык не поворачивался. По консистенции он напоминал густую кашу, в которой вздувались и лопались жуткие пузыри. От одного вида мурашки по коже. Ива не поняла, каким образом Хендерсон определил готовность этого варева. В какой-то момент он снял его с огня и отлил немного в самодельную кружку – тоже из консервной банки. – Держи и пей. И лучше сразу одним глотком. – Спасибо, – Ива поморщилась, – мне не хочется… – А жить тебе хочется? – сверкнул глазами старик. – Да, но… – Ива отпрянула. – Вот именно, что хочется, – сказал Хендерсон. – Ты же не совсем дурочка, не так ли? Так что слушай меня: кофе здесь твое единственное спасение. Усекла? – Спасение? – Ива заглянула в чашку, которую старик настойчиво пихал ей в руки. – Как это? – Кофе не даст тебе заснуть.