Я только поем бесплатно, – хмыкаю я.
– Ага, кому ты врёшь. Пожрут они. Вы друг друга бы сожрали для приличия. Наглые сволочи, – бубнит Итан, слизывая кровь с губы.
– Я тоже скучал, мэм.
Подпрыгиваю на месте от неожиданно раздавшихся за спиной слов.
– Симон, – прикладываю руку к груди и улыбаюсь.
– Хорошо выглядишь, Итан. Тебе идёт. Хотел это сделать ещё в Америке. Обожаю нашего Босса…
– Что я слышу? Очередные признания в моей охрененности. Симон, ты не будешь мне сосать. Белоснежка, я хочу жрать. – Лазарро хватает меня за руку и тащит за собой.
– Итан, приведи себя в порядок. У тебя тушь потекла, – хихикая, влетаю в лифт за Лазарро. Рядом становится охрана. Мы входим в лифт и заполняем его полностью.
Ловлю взгляд Лазарро и почему-то так смущаюсь, увидев то, как ярко светятся его глаза. Он крепче берёт меня за руку. Мы под заинтересованные взгляды выходим из лифта. Ещё бы. Столько людей в чёрном. Сидя в машине, я не знаю, что нужно говорить. Мы оба молчим, пока не приезжаем к ресторану. К шикарному, дорогому и презентабельному. Он находится в центре города, и сюда я никогда не ходила раньше. Слишком высокие цены. Сейчас же сидя за столиком среди роскошных гостей, я даже не могу насладиться едой.
– Я не смогла, – выдыхаю, делая глоток вина.
– Почему? Что тебя задержало, кроме меня?
– Какой ты самоуверенный. Постоянно поражаюсь тебе. Не ты был причиной…
– Я ненавижу, когда ты врёшь, Белоснежка, – прищуривается Лазарро, отпивая из своего бокала.
– Снова Белоснежка? А как же Америка и другая чушь?
Он передёргивает плечами и изгибает уголок губ.
– Привычка. Других Белоснежек у меня не будет.
– Это приятно. Знаешь, в машине у меня случилась паническая атака. Меня даже вырвало. Ах да, ты же обо всём всегда в курсе. Это даже обидно. От тебя ничего нельзя скрыть, Босс, и ты никогда не делаешь первый шаг, всегда ждёшь его от меня. Наверное, я снова поступила опрометчиво, встретившись с тобой, но мне просто нужна была твоя уверенность. Столько месяцев прошло, а я не знаю, что им сказать. Я не хочу с ними говорить. Чувствую себя чужой. Другой, понимаешь? А с тобой мне до сих пор комфортно. Не нужно притворяться, что я такая же гуппи, как и раньше. Не нужно скрывать эмоции. Не нужно сдерживать себя и можно просто поцеловать тебя, чтобы расслабиться. Не нужно делать ничего особенного, чтобы кровь по венам бежала быстрее. Не нужно искать причины, чтобы жить. С тобой даже кислород вкуснее. Это такой идиотизм, да? – с горечью в голосе произношу я.
Лазарро отставляет бокал, и его лицо становится серьёзным.
– Ты хотела приехать сюда, Белоснежка, и я дал тебе это. На яхте ты сказала, что не знаешь, что будет дальше, но увидеть их должна. Я исполняю твои условия, чтобы отпустить тебя или вернуться вместе с тобой обратно. Добровольность.






