Рино сел в кресло и улыбнулся старой учительнице, с ожиданием смотрящей на него.
– У меня для вас письмо, – сказал он и достал конверт из внутреннего кармана. – Он не успел отправить его.
Ее взгляд застыл.
–. до того, как с ним произошел несчастный случай.
Он не хотел скрывать от нее правду, но в то же время решил уберечь от самых ужасных подробностей.
– Сейчас он в больнице в Трумсё. Мы все надеемся, что однажды он сможет вас навестить.
Она открыла рот и попыталась что-то сказать, но слова утонули в потоке звуков.
– Именно из-за несчастного случая от него не было новостей. Он серьезно пострадал при пожаре и пока не может общаться.
По левой щеке Сёльви Унстад скатилась слеза.
– До пожара он успел написать письмо. Кому оно адресовано, я не знал, но, когда мои подозрения подтвердились – о том, что жертвой был Боа, а исполнителем Руаль, – я сразу же вспомнил о доброй заботливой учительнице. которой внезапно стало очень одиноко жить в Винстаде. Но мне понадобилась помощь старинной народной легенды, чтобы понять, как обстояли дела. Легенду сложили люди, попавшие в беду, для тех, кто попадет в беду, об острове, который всплывает из моря и дарит спасение потерпевшим кораблекрушение, – Рино взглянул на рисунок на стене. – На острове Утрест сыновья зажиточных крестьян, превратившись в бакланов, спасали избранных. Думаю, в то время он чувствовал себя так же. что вы спасли его, когда он так нуждался в помощи.
Сёльви Унстад опустила взгляд.
– Алине, – сказал он и перевернул конверт. – Чтобы подтвердить мои мысли, я позвонил Халварду Тофтену, который поведал мне, что у любимой всеми Сёльви Унстад было еще одно имя. Прошерстив старые документы, я в конце концов выяснил: Алине.
Пожилая учительница вытерла слезу.
– Он сбежал к вам, ведь вы знали, в каких нечеловеческих условиях ему приходилось жить, и что-то подсказывает мне, что именно поэтому вы уехали из Винстада, и что с тех пор он жил с вами под другим именем. Сменить личность не так уж и сложно, особенно если на это есть причина, как и скрыть свое настоящее имя из открытых реестров. Но, конечно, для начала нужно было решить, от какой личности избавляться. И вы решили утопить Руаля Стрёма во фьорде. В этом случае он обретал свободу. Кого вы возродили, я могу только догадываться.
– Знала.
Рино придвинул кресло плотнее к кровати.
– Вы знали?
Учительница кивнула.
– О том, как он жил?
Снова кивок.
– И о том, что он сделал?
Сёльви Унстад пыталась сдержать слезы, затем пробормотала что-то, но этого он не разобрал. Он наклонился ближе, и она попыталась снова. В этот раз Рино, похоже, понял ее слова и повторил:
– Оддвар издевался над ним?
Она кивнула.
– Оддвар умер в ту ночь?
Она снова забормотала.
– За несколько недель до той ночи?
То есть Боа был уже мертв, когда разразился шторм.






