ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман Эндшпиль автора Дэна Симмонса рассказывает о событиях, разворачивающихся в начале 1980-х годов вокруг нескольких персонажей, связанных с религиозным центром и секретными операциями. Главным героем является Тони Хэрод, который работает в Голливуде и одновременно связан с влиятельными религиозными организациями. Несмотря на свою прежнюю антипатию к любви и отношениям, он неожиданно влюбляется в Марию Чен, что начинает менять его внутреннее состояние. Сюжет начинается с описания Всемирного Библейского центра в штате Алабама, представляющего собой мощную религиозную структуру с большими материальными ресурсами и широкой аудиторией. В этом центре происходят различные интриги и манипуляции, которые влияют на жизнь героев. Тони Хэрод оказывается втянутым в конфликт между религиозными лидерами, политическими силами и тайными организациями. Его роль постепенно меняется, и он начинает ощущать ответственность за последствия своих действий. ... Кроме Хэрода, в повествовании присутствует несколько других важных персонажей, таких как Натали и Сол, которые связаны с расследованиями и действиями, направленными на раскрытие преступных группировок. Они занимаются сбором информации, планируют операции и сталкиваются с опасностью. В истории показаны их попытки противостоять силам, которые пытаются сохранить контроль и тайны, угрожающие безопасности и справедливости. Главные конфликты касаются борьбы за власть, влияние на общественное мнение и столкновения между законным порядком и подпольными группами. Героям приходится принимать решения, связанные с риском и моральным выбором, они понимают, что каждый шаг может привести к непредсказуемым последствиям. Важной проблемой становится необходимость соединить личные мотивы с профессиональными обязанностями в условиях постоянного напряжения и опасности. Кульминацией служит развитие конфликта между его участниками, когда становится ясно, что последствия событий могут изменить устои и повлиять на судьбы многих людей. В финале подчеркивается тема выбора между личной безопасностью и борьбой за свои убеждения. Герои сталкиваются с необходимостью сделать сложные решения, которые определят дальнейший ход их жизни и отношение к окружающему миру. Роман сосредоточен на описании внутренней и внешней борьбы персонажей, раскрытии структуры власти и влияния религиозных и политических институтов. Эндшпиль ставит в центр внимания вопросы ответственности, морали и влияния больших систем на судьбы отдельных людей в условиях кризиса и перемен.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тряска увеличилась еще больше, огни метнулись навстречу и вдруг остались позади, а на Натали нахлынуло обычное опасение, подстерегающее любителей “американских гор”: что, если въедешь на вершину горы и рельсы остановятся; а кабина будет продолжать лететь дальше?

Натали только теперь оценила информацию, услышанную в более спокойное время, которая тогда не произвела на нее впечатления: высота скал за особняком составляет двести футов. “Сессна” пролетела уже половину этого расстояния без каких-либо признаков выравнивания курса, и тут Микс совершил нечто неожиданное: он опустил нос самолета и, прибавив обороты, еще стремительнее ринулся навстречу белой полосе прибоя, которая целиком заполняла обзор в ветровом стекле. Позже Натали не могла вспомнить ни о собственном крике, ни о выпущенной из “кольта” пуле, но Джексон уверял ее, что вопль был впечатляющим, а пулевое отверстие в крыше самолета говорило само за себя.

Почти всю дорогу назад Микс дулся из-за этого. Едва они вышли из крутого виража, придавшего им необходимую скорость, и стали набирать высоту, Натали переключила свое внимание на другие проблемы.

– Как Сол? – спросила она, разворачиваясь в кресле.

– Без сознания. – Джексон продолжал стоять на коленях в тесном проходе, занимаясь правой рукой Сола.

– Он будет жить?

Джексон поднял голову – в тусклом свете приборной доски были видны лишь его глаза.

– Если мне удастся стабилизировать его состояние... Вероятно. Про остальное – внутренние повреждения, переломы – сказать ничего не могу. Пулевое ранение плеча не так опасно, как я думал. Похоже, пуля пролетела довольно большое расстояние перед тем как попала в него или от чего-то отскочила. Я прощупываю ее здесь на глубине двух дюймов, чуть выше кости. Видимо, Сол наклонился в тот момент. Если бы он стоял прямо, она бы вышла у него через правое легкое. Он потерял много крови, но я накачал его плазмой. И еще осталось. Знаешь что, Натали?

– Что?

– Плазму изобрели негры. Парень по имени Чарлз Дру. Я читал где-то, что он умер от потери крови после автомобильной катастрофы в середине пятидесятых, потому что какой-то идиот в больнице Северной Каролины заявил, что у него в холодильнике нет негритянской крови, а “белую” кровь он отказался ему переливать.

– Какое это сейчас имеет значение? – удивилась Натали.

Джексон пожал плечами.

– Солу бы это понравилось. У него с чувством юмора получше, чем у тебя. Вероятно, потому что он психиатр.

Микс вынул изо рта сигару.

– Мне очень не хочется прерывать вашу романтическую беседу, – заметил он, – но может вашего друга стоит доставить в ближайшую больницу?

– Ты имеешь в виду нечто ближе, чем Чарлстон? – уточнил Джексон.

– Да, – кивнул Микс. – До Саванны лететь на час меньше, чем до Чарлстона, Брансуика или Меридиана.