ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман Эндшпиль автора Дэна Симмонса рассказывает о событиях, разворачивающихся в начале 1980-х годов вокруг нескольких персонажей, связанных с религиозным центром и секретными операциями. Главным героем является Тони Хэрод, который работает в Голливуде и одновременно связан с влиятельными религиозными организациями. Несмотря на свою прежнюю антипатию к любви и отношениям, он неожиданно влюбляется в Марию Чен, что начинает менять его внутреннее состояние. Сюжет начинается с описания Всемирного Библейского центра в штате Алабама, представляющего собой мощную религиозную структуру с большими материальными ресурсами и широкой аудиторией. В этом центре происходят различные интриги и манипуляции, которые влияют на жизнь героев. Тони Хэрод оказывается втянутым в конфликт между религиозными лидерами, политическими силами и тайными организациями. Его роль постепенно меняется, и он начинает ощущать ответственность за последствия своих действий. ... Кроме Хэрода, в повествовании присутствует несколько других важных персонажей, таких как Натали и Сол, которые связаны с расследованиями и действиями, направленными на раскрытие преступных группировок. Они занимаются сбором информации, планируют операции и сталкиваются с опасностью. В истории показаны их попытки противостоять силам, которые пытаются сохранить контроль и тайны, угрожающие безопасности и справедливости. Главные конфликты касаются борьбы за власть, влияние на общественное мнение и столкновения между законным порядком и подпольными группами. Героям приходится принимать решения, связанные с риском и моральным выбором, они понимают, что каждый шаг может привести к непредсказуемым последствиям. Важной проблемой становится необходимость соединить личные мотивы с профессиональными обязанностями в условиях постоянного напряжения и опасности. Кульминацией служит развитие конфликта между его участниками, когда становится ясно, что последствия событий могут изменить устои и повлиять на судьбы многих людей. В финале подчеркивается тема выбора между личной безопасностью и борьбой за свои убеждения. Герои сталкиваются с необходимостью сделать сложные решения, которые определят дальнейший ход их жизни и отношение к окружающему миру. Роман сосредоточен на описании внутренней и внешней борьбы персонажей, раскрытии структуры власти и влияния религиозных и политических институтов. Эндшпиль ставит в центр внимания вопросы ответственности, морали и влияния больших систем на судьбы отдельных людей в условиях кризиса и перемен.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он уже преодолел треть пути, оставляя за собою кровавый след.

Натали бросилась бегом в коридор и резко остановилась, понимая, что именно этого и хотела от нее старуха. Одному Богу известно, что ожидало ее в этих темных комнатах.

Джастин поспешно двинулся к ней, делая резкие движения своими ужасными когтями. Натали быстро повернулась и, схватив правой окровавленной рукой плетеное кресло, подняла его вверх. Одна из ножек кресла попала Джастину в рот, но он продолжал приближаться, размахивая руками, как одержимый. Лезвия его когтей ободрали ножки кресла и вырвали плетеное сиденье. Изогнувшись, мальчик бросился на Натали, норовя попасть в бедренную артерию. Не выпуская кресла из рук, она попыталась сбить его с ног и пригвоздить к полу, но он делал ложный выпад вправо, влево, наносил удар, отскакивал и снова бросался. Подошвы его кроссовок мягко поскрипывали на полированном полу.

Натали удавалось отражать атаки Джастина, но ее израненные руки уже начинали дрожать от усталости. Колотая рана на левой руке болела так, словно доходила до самой кости. С каждой атакой она отступала все дальше, пока не оказалась прижатой спиной к дверям спальни Мелани Фуллер. Несмотря на то что у нее не было времени на размышления, Натали живо представила себе, как дверь распахивается и она падает прямо в поджидающие ее старческие руки, навстречу клацающим челюстям...

Но дверь не открывалась.

Джастин, не обращая внимания на ножки кресла, впивавшиеся ему в грудь и горло, пытался дотянуться до Натали. Ему это никак не удавалось, и он, вцепившись своими когтями в деревянную основу сиденья, попробовал отнять у Натали ее единственное средство защиты или разломать его пополам. Летели щепки, но кресло продолжало держаться.

И тут откуда-то из глубины сознания до Натали донесся сухой, педантичный голос Сола: “Она использует тело ребенка, Натали, и его возможности. Преимущество Мелани – в ее страхе и ярости. Твое преимущество – в росте, весе, концентрации и способности сохранять равновесие. Воспользуйся этим”.

Джастин зашипел, как закипающий переполненный чайник, и, пригнувшись, снова прыгнул на Натали. Над краем площадки уже показалась лысая голова Калли.

Натали встретила наскок Джастина, обеими руками выставив кресло перед собой и нажав на него всем своим весом, так, что мальчишка оказался между расщепленными ножками кресла. Он отлетел назад к полированным перилам. Старое дерево затрещало, но не сломалось.

Юркий как ласка и быстрый как кот Джастин вскочил на перила шириной в пять дюймов, мгновенно восстановил равновесие и приготовился прыгнуть на Натали сверху. Не медля ни секунды, девушка шагнула вперед, перехватила кресло, как бейсбольную биту, и, размахнувшись, нанесла такой удар, что Джастин полетел с перил как мячик.