ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В 1983 году впервые прозвучала песня «Гоп-стоп», профкомы начали запись желающих купить «москвич» в кредит и без очереди, цены на нефть упали на четвертый год афганской кампании в полтора раза, США ввели экономические санкции против СССР, переместили к его границам крылатые ракеты и временно оккупировали Гренаду, а советские войска ПВО сбили южнокорейский «боинг». Тринадцатилетний Артур живет в лучшей в мире стране СССР и лучшем в мире городе Брежневе. Живет полной жизнью счастливого советского подростка: зевает на уроках и пионерских сборах, орет под гитару в подъезде, балдеет на дискотеках, мечтает научиться запрещенному каратэ и очень не хочет ехать в надоевший пионерлагерь. Но именно в пионерлагере Артур исполнит мечту, встретит первую любовь и первого наставника. Эта встреча навсегда изменит жизнь Артура, его родителей, друзей и всего лучшего в мире города лучшей в мире страны, которая незаметно для всех и для себя уже хрустнула и начала рассыпаться на куски и в прах. ... Шамиль Идиатуллин – автор очень разных книг: мистического триллера «Убыр», грустной утопии «СССР™» и фантастических приключений «Это просто игра», – по собственному признанию, долго ждал, когда кто-нибудь напишет книгу о советском детстве на переломном этапе: «про андроповское закручивание гаек, талоны на масло, гопничьи „моталки“, ленинский зачет, перефотканные конверты западных пластинок, первую любовь, бритые головы, нунчаки в рукаве…». А потом понял, что ждать можно бесконечно, – и написал книгу сам.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это она нас спасла: пришла домой, искала-искала, решила, что мы зачем-то поехали на дачу, собиралась уже звонить каким-нибудь знакомым, чтобы съездили посмотреть, сунулась ключи проверять – и обнаружила, что ключи от дачи дома, а вот от гаража нету. Ну и не стала никому звонить, помчалась в гараж, пока автобусы ходят.

Приехала – дверь гаража приоткрыта, ключ в замке застрял, машина на люке стоит, а в люк скребется кто-то. Мамка давай кричать, звать сторожа, соседей, а нет никого, сторож спит, а в люк все слабее скребутся. Ну она и айда толкать. Спасибо хоть машина не на ручнике и не на скорости стояла, мамка бы от натуги умерла, но не сдалась. Я ее знаю. Да теперь все знают.

Я уже без сознания был, папа как будто тоже не соображал, так и махал на автомате осколком в изрезанной руке. Сильно изрезанной: врачи сказали, сухожилия задеты, поэтому на правой руке не гнется мизинец с безымянным, а на левой вообще три пальца.

У папы пневмония оказалась сильнее моей, плюс он сильно застудил суставы и почки. Так что мы все втроем лежали в одном Медгородке, а увидеться не могли. Созвонились пару раз через ординаторские.

Ко мне пытались прорваться Саня с Леханом, но их приняли за хулиганов и не пустили. После операции «Избиение младенцев» пацанов в телягах вообще всячески щемили. А Лехан тоже в телягу перелез, хоть и ненадолго. Пацаны от обиды чуть не выбили все окна в моем корпусе Медгородка, но потом успокоились и даже временно перешли на чушпанскую форму одежды, «аляски» с обычными меховыми шапками. Родители сказали, что иначе на улицу не выпустят, а у Лехана мать телягу изрезала ножницами на куски.

Операция «Избиение младенцев» наделала много шума, хотя жертв там был минимум: крепко досталось пятерым пацанам из сорок пятого и сорок шестого комплексов, одному вроде даже голову пробили. Пацаны все были незнакомыми – тридцатники да втораки набежали средь бела дня, когда все конторские дрыхли или активно отдыхали на горках, в парках или кинотеатрах. В итоге под замес попали домашние дурачки, которые вообще не при делах. Но, судя по рассказам о госпитализациях с нападавшей стороны, похоже, пара неудачливых шакалов нарвалась и на правильных пацанов. Правда, никто из наших так и не признался в том, что это он поломал руки-ноги тридцатнику. А сами потерпевшие молчали либо несли лабуду о толпе свирепых девок с нунчаками.

Пересказы дошли до меня гораздо позже, когда уже мало кого интересовали. Какая разница, сколько задержали, допросили и поставили на учет несовершеннолетних дебилов. Обошлось без смертей, увечий и уголовки, значит и говорить особо не о чем.

Говорили в основном об убийстве в первом комплексе. Постоянно, по кругу, с новыми подробностями. Я, пока лежал в больнице, выслушал штук пять версий, одна красочней другой.