– Я сам обожаю «Харлеи», эти итальянские мальчишки ко мне не очень заходят, но да, хороший мотик, что уж тут. Сплюнув на пол, он сдвинул кепку на затылок. – В общем да, твою тачку чинить еще пару недель. А пока заинтересует тебя этот? – Несомненно. – Все равно стоит тут, место занимает. Подойдет тебе такая машина в аренду? – Идеально. – Хорошо. Закажу детали в течение дня. Свяжусь с тобой, когда все починим, пойдет? – Пойдет, – улыбнулась Миа. И выкатила черное чудо на солнечный свет. 6 Ханна Хольмен последний раз огляделась по сторонам, прежде чем взяться за дверную ручку кабинета психолога Фабиана Стенгеля. Придя к нему первый раз, Ханна испытала чувство стыда, да и сейчас ей все еще немного стыдно. Не потому, что ей казалось неприличным ходить сюда, а из-за сплетен вокруг этого. Хитра – маленькое местечко, и люди здесь любопытные, и в последние годы только и говорили, что о ее семье. Ханна – старшая сестра Юнатана Хольмена. Три года назад и у нее болело все, и душа, и тело, она с трудом могла надеть платье. Ноги едва справлялись с педалями велосипеда, словно ее тело вдруг стало весить сотню килограммов. Она тогда рано пришла, еще оставался почти целый час до приема. Села на лавку в тени за домом культуры в надежде, что никто ее не заметит. Одиннадцать лет. Столько бы ему было сейчас. Ханна поднялась по лестнице и села в одно из светлых кресел. В комнате ожидания никого не было. Стенгель заранее предусмотрел это, поняв, что место, где он работает – небольшой малонаселенный островок, и никому не хотелось встретиться в приемной с соседом или мамой одноклассника. Поэтому он, назначая приемы, всегда оставлял между ними большие интервалы. Однажды правда кое-что случилось. Ханна вообще-то не любила распускать слухи, но тот эпизод заслуживал внимания. Она сидела в ожидании приема, и на полу стояла сумка, очень дорогая. Девушке пришел в голову вопрос: у кого на острове может быть «Эрмес Биркин», они же стоят огромных денег. В это мгновение дверь открылась, и что вы думаете, кто вышел? Синтия Притц. Потом они с подружками весело позубоскалили над ней, встретившись дома у Сильвии, тогда это было единственное место, где можно было бывать всем вместе. Мама Йессики совсем сошла с ума, неудивительно, что Йессика такой стала, а дома у Ханны царила настолько гнетущая тишина, что можно было задохнуться. – Синтия Притц? Да ладно? Йессика смеялась громче обычного, а у Сильвии так выпучились глаза, словно сейчас выкатятся из орбит. – Ходит к психологу? В перчатках, солнечных очках и в платке на голове, словно какая-то кинозвезда из прошлого, покашливая, прошла в своем дорогом красном пальто «Марни». Ханна сделала вид, что не обратила на нее внимания, но заметила, что богатая дама смутилась. Синтия Притц. Жена Хенри Притца.

Об этой истории
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Это лето на острове Хитра выдалось чрезвычайно жарким. Одним летним днем молодой священник обнаруживает трех мертвых ворон, свисающих с алтаря церкви, и листок бумаги с какими-то загадочными буквами. Затем в старой лодке находят изуродованное тело девушки, а рядом с ним – написанное кровью жертвы имя мальчика, который исчез три года назад: Юнатан. ... Миа Крюгер оказывается втянутой в расследование этих преступлений и обращается за помощью к Холгеру Мунку. Вскоре становится ясно, что зло скрывается за умиротворяющей вывеской острова. Мии и Холгеру приходится преодолевать сопротивление местных жителей, которые не хотят раскрывать свои тайны даже ценой собственной жизни. Но у бывших следователей остается все меньше времени, чтобы найти хитроумного и неуловимого убийцу. А над живописной Хитрой уже начинают сгущаться грозовые тучи…





