И кто вообще так одевается? Рубашка с жилеткой? Очки в толстой черной оправе? У него что, своя галерея? Как будто живет в Нью-Йорке. Вообще-то это не ее мысли, так про него говорили в кафе, в торговом центре, в боулинге: самовлюбленный, высокомерный, задирает нос, много мнит о себе и тому подобное. Но Фабиан оказался каким угодно, только не самовлюбленным и высокомерным. Он был очень благожелательным. Умел слушать. С добрыми глазами. Немолодой, точно за сорок, и было в нем что-то, от чего Ханне казалось, что он ее понимает. Накануне их первой встречи она была в библиотеке, взяла книжку Харуки Мураками «Норвежский лес» и всю ночь, лежа под одеялом, читала и не уснула, пока не дочитала ее до конца, совершенно потрясенная красотой этой книги. – Иногда я ощущаю себя как та девушка из «Норвежского леса», – вдруг вырвалось у нее. Он удивленно улыбнулся. – Вот как, значит, ты читала Мураками? Он с любопытством наклонился вперед. – В каком смысле? Чем ты похожа на нее, как тебе кажется? Она прикусила губу: было очень необычно рассказывать кому-то, что она думает на самом деле. – Ну, она такая грустная. И не может понять почему. В следующий ее приход на подлокотнике кресла лежала книга. – Это тебе, – улыбнулся он. – Дж. Д. Сэлинджер. – «Над пропастью во ржи». Тут про мальчика, но на самом деле о том, как быть другим. Не чувствовать себя как дома в том мире, который нам достался. Прочитай, если захочется. Интересно, как тебе покажется книга. Как хорошо. Что кто-то воспринимает ее всерьез. Взрослый мужчина, кому можно все рассказать. Поделиться своими сокровенными мыслями. … – Как я уже сказал, – продолжил Фабиан. – Можем поговорить о сегодняшнем дне, а можем отнестись к нему как к любому другому, самому обычному дню. Хочешь поговорить о чем-нибудь другом? Ханна кивнула, почувствовав себя лучше. Комок в горле уменьшился и почти не ощущался. – Ты окончила первый год старшей школы. Хочешь поговорить об этом? Уже определилась, что будешь делать осенью? Останешься здесь или все-таки поедешь в Тронхейм? Своя комната. В городе. Вдалеке от этой жизни. В последние ночи она не спала, все время размышляя об этом, но пришла к выводу, что ничего не получится. Нельзя бросать ее. Маму. Ханну совесть замучает, если оставить ее одну в этом мертвом доме. – Даже не знаю. – Ладно. А что твои друзья? Они останутся или рассматривают возможности академического образования? Ханна не сдержала улыбки. Йессика и Сильвия. Ну да, они близкие подруги, но ни одну из них за «академическим образованием» она представить не могла, они, наверное, даже не знали такой термин. Ничего страшного, конечно, но говорить об этом с ними Ханна, безусловно, не могла. Математика. Именно ее больше всего хотелось изучать Ханне. Не то что Йессике.

Об этой истории
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Это лето на острове Хитра выдалось чрезвычайно жарким. Одним летним днем молодой священник обнаруживает трех мертвых ворон, свисающих с алтаря церкви, и листок бумаги с какими-то загадочными буквами. Затем в старой лодке находят изуродованное тело девушки, а рядом с ним – написанное кровью жертвы имя мальчика, который исчез три года назад: Юнатан. ... Миа Крюгер оказывается втянутой в расследование этих преступлений и обращается за помощью к Холгеру Мунку. Вскоре становится ясно, что зло скрывается за умиротворяющей вывеской острова. Мии и Холгеру приходится преодолевать сопротивление местных жителей, которые не хотят раскрывать свои тайны даже ценой собственной жизни. Но у бывших следователей остается все меньше времени, чтобы найти хитроумного и неуловимого убийцу. А над живописной Хитрой уже начинают сгущаться грозовые тучи…





