– А я? Разве мне не нужно быть там?
– Нет, – тряхнул головой Сергей, – там будет рассматриваться дело о коррупции, потом вынесут приговор по совокупности всех преступлений.
– Не хочу отпускать тебя, – повернулась, погладив любимого по щеке.
– Сам не рад, только ничего не попишешь, – вздохнул он, – постараюсь вернуться побыстрей.
– Я буду ждать, – обняв любимого за шею, ласково притянула его к себе целуя.
Сергей, чуть отстранившись, подхватил меня на руки:
– Может, продолжим в спальне?
– Согласна, – выдохнула я, чувствуя, как сердце пытается вырваться из груди. Два месяца не могла допустить отношения ближе, чем поцелуи и объятья. Боль, причинённая Аверьяновым, давала о себе знать. Сергей отнёсся с пониманием, окружил меня заботой и любовью и под натиском моих пробудившихся глубоких, удивительных по остроте чувств, холод, сковавший душу, начал отступать.
В спальне было темно из-за плотно задёрнутых штор, не пропускающих свет фонарей. Сергей бережно опустил меня на кровать, и я обняла его за шею, не давая отстраниться. Нежные поцелуи переросли в чувственные прикосновения. Наша одежда незаметно оказалась на полу. Пальцы любимого скользили по моей коже, пробуждая забытое желание, заставляя вздрагивать от каждого касания. Его ладонь, очертив грудь, медленно спускалась по животу, к внутренней стороне бёдер, заставляя меня трепетать от возбуждения. Я легко провела по его коже, чувствуя, как Сергей вздрагивает, сдерживая порывы страсти. Его губы прокладывали дорожку от ключицы всё ниже и ниже, заставляя мои пальцы с силой сжиматься, оставляя следы на его спине. Он поднялся выше, навис надо мной, пожирая безумным от желания взглядом. Я притянула его ближе, не в силах больше сдерживаться. Мои стоны заполнили спальню, мокрые тела сплетались в безумном танце, время остановилось, пока нас не сотрясла одновременная чувственная вспышка, когда партнёр становится частью тебя, одни телом, одним дыханием, одним желанием.
– Сашка, – Сергей играл моими пальцами, перебирал мокрые после душа пряди волос, – даже представить не мог, что бывает так хорошо.
– Я и сама забыла, каково это, – улыбнулась в ответ, – скажи, что стало с твоей женой?
Любимый избегал этой темы, но между нами не может быть недосказанности и тайн.
– Сбежала, – чуть помолчал Сергей, – бросила годовалого Гришку у своей матери и слиняла.
– Как же так? – Удивилась такому повороту событий, – честно признаться, думала, ты вдовец.
– Для нас она умерла, – голос любимого чуть дрогнул, – помню, как плакал сын, не мог ни есть, ни спать. Ночами сидел с ним, утром на службу, Гришка с няней. Тяжкое было время.
– Представляю, – Лёля тоже не была спокойным ребёнком. Я за неделю спала часов по пять. Выглядела, как восставшая из могилы покойница.






