ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Мне 38 лет, и я — жена влиятельного прокурора. Долгие годы я была лишь безмолвной тенью в собственном доме, покорной жертвой, давно смирившейся со своей участью. ... Но всему есть предел. Последней каплей стала его наглая любовница, которую он, ничуть не стесняясь, привёл жить в нашу общую квартиру. Именно это унижение вырвало меня из многолетнего оцепенения и заставило действовать. Я начала свою тайную и расчётливую борьбу. Шаг за шагом я иду к цели. Я должна вернуть себе то, что он у меня отнял, — моё право на собственную жизнь. *** — Оксана потеряла ребёнка, — Виталик медленно багровел, что не предвещало для меня ничего хорошего, — всё из-за тебя. — Вопрос, а был ли у неё ребёнок? — впервые я не опустила глаза в ответ на нападки. — Сходи вместе с ней к врачу. Ты прокурор, а о такой малости, как доказательства и не подумал. — Заткнись! – сорвался на крик Виталик. - Не смей оговаривать мою жену. — Жену? – Усмехнулась я, — а в свидетельстве о браке стоит почему-то моё имя.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Живущие на свободе и не подозревают: в этих стенах, за толстыми решётками, одевшими окна, происходит то, что и не привидится в кошмаре обычному человеку. Раз или два в неделю его отводили в особую камеру, где уже поджидали желающие «забав» зеки. Когда это случилось впервые, Виталик пробовал отбиться, но получив хук в челюсть и пару сломанных рёбер, сник, позволяя блатным всё, что они хотели. Теперь свыкся и покорно плёлся за провожатым, когда другие желали власть поглумиться над ним.

Виталик с тоской поднял взгляд на маленькое окошко. Там он был уважаемым человеком, сильным мира сего, богатым, успешным. Когда жизнь перевернулась с ног на голову?

– Будь проклята, ведьма, – вспомнил бывшую жену.

– Чего ты там бурчишь? – послышался голос плюгавого.

– Ничего, ничего, Иван Аверьянович, так…

Сокамерники заставляли обращаться к ним по имени-отчеству, выделив ему шконку возле «параши».

Виталик мечтал теперь только об одном: крепкой верёвке с куском мыла. Однако даже шнурков у него не было, и в одиночестве он не оставался. Зеки берегли своего «петуха», надеясь растянуть извращённые забавы с попавшим им в лапы бывшим ментом на долгие-долгие годы.

Эпилог

Эпилог

Я распахнула окна, залюбовавшись цветущими в палисаднике розами. Мы продали обе квартиры, доставшиеся после Аверьянова Лёле, и купили ей двухкомнатную и нам с Сергеем «трёшку».

Вот только Оксану пришлось выкуривать из квартиры с приставами. Она заперлась и забаррикадировала дверь шкафом из прихожей.

– Это моя квартира! – орала она через преграды. – Виталик её мне подарил!

– Если вы не в курсе, – ехидно заметил помогающий нам Клементьев, – договор дарения аннулирован в пользу Ольги Аверьяновой, так как составлен с нарушением.

Мы дождались слесаря, который вскрыл замок, а приставы ловко отодвинули шкаф, выведя отчаянно упирающуюся сожительницу моего бывшего мужа под белы рученьки.

– Уходи по-хорошему, – я смотрела в её глаза, едва сдерживаясь, чтобы не вцепиться в волосы, – даже не представляешь, как мне хочется набить тебе морду, едва держусь.

Оксана поникла, позволив вывести себя на улицу. Её вещи вышвырнула из окна, пусть это и некрасиво, но так я хоть спустила пар за обиду моей дочери. Кулаки чесались, прогуляться по физиономии мошенницы.

С того момента мы её не видели, Оксана, как появилась, так и канула обратно, в небытие.

Наше новое жилище находилось в доме бывших работников партии. Квартира – загляденье. Просторные комнаты с высокими потолками, много воздуха и света. Даже на первом этаже здесь был широкий балкон, под которым находились цветущие клумбы.

Сколько уговоров понадобилось мне, чтобы убедить мужа переехать ко мне. Он долго артачился, заверяя, что жена должна жить на территории супруга, но в итоге сдался. Квартиру Сергея отдали Грише.