Я выдавил из себя улыбку.
— Да, конечно. Давай сходим куда-нибудь вечером.
— Где и во сколько встретимся? — воодушевилась она.
Я пожал плечами.
— Где тебе удобнее.
— Тогда давай в пять у фонтана, который возле универмага? Где мы, помнишь, зимой встречались, когда на каток ходили?
Я сразу невольно вспомнил, как мы встречались с ней там зимой, а потом катались на коньках. Я ее учил. До чего же мы были тогда счастливы. И хотя прошло с того времени всего несколько месяцев, а ощущение такое, что это было очень давно, в какой-нибудь прошлой жизни.
— Да, конечно. Договорились.
Когда я пришел со школы домой, у подъезда меня поджидал Лёха. Это парень Зои, старшей сестры Алисы. Мы пожали друг другу руки.
— Поднимемся? — позвал его я к себе.
— Да не, спасибо. Я тут не один, с другом. Вон он, — Леха махнул рукой в сторону припаркованного неподалеку уазика. — Привез тебе остаток долга. Ну и Зоя кое-что для Алисы передала. Матушка ее научила вязать, вот она связала ей варежки. Не совсем по сезону, но на будущее, — усмехнулся он.
Затем вручил мне пакет. Почти всю сумму Лёха вернул еще пару месяцев назад.
— Деньги там, в конверте. Спасибо тебе еще раз. От души.
— Да не за что. Как мама?
— Хорошо уже. Матушка тоже передает тебе благодарность. Ну и Зоя, конечно. Приезжай в гости. Мы тебе всегда будем рады.
Мы коротко обнялись. Затем Лёха направился к уазику, а пошел домой.
Конверт убрал в сервант, к остальным деньгам. А пакет повесил на ручку двери. Как раз пойду на свидание и отдам Алисе.
Было начало четвертого, когда в дверь позвонили и тут же начали тарабанить.
Я открыл.
В прихожую ворвался Саня Иноземцев, красный, взмокший, запыхавшийся. Расхристанный весь и с ошалевшим взглядом.
— Андрюха, беда! — выпалил он, качаясь.
2
2
— Что случилось? — встревоженно спросил я.
Но Саня не мог говорить. Видимо, долго бежал, и теперь он, согнувшись в поясе и уперев руки в колени, пытался отдышаться.
— Дай водички, а?
Я налил ему стакан воды.
Он пил жадно, запрокинув голову назад, только кадык дергался. Затем шумно выдохнул и облизнул мокрые губы.
— Сань, можешь внятно объяснить, что произошло?
— Андрюха, короче, наши девки впухли по полной. Ирка, Машка твоя и Светка. И мы из-за них. И че теперь делать — я вообще без понятия.
— Поподробнее.
Саня скинул кеды и прошел в комнату. Сел на диван, расставив широко ноги, но, видать, от нервов сидел как на иголках.
— Ты же в курсе, чем Холичев со своими шестерками промышляет?
Честно говоря, с того времени, как Холичев выпустился из детдома, я о нем и думать забыл. Да и вообще мало вспоминал то время. Но если учесть, что у нас он кошмарил шпану и отжимал бабло и шмотки, то вряд ли теперь заделался честным трудягой.
— Не очень, — ответил я.
— Ну если грубо, то он подгоняет наших девок Кемаловским.






