ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я не знал, что можно увидеть незнакомую девчонку и… пропасть. Думать только о ней дни и ночи напролет. Искать ее повсюду. И наконец найти.Мне без разницы, что она – гордячка и с такими, как я, не желает иметь ничего общего. Мне без разницы, что про нее болтают другие. Мне даже без разницы, что ее отец посадил моего отца.Мне нужна только она. Алиса. И рано или поздно эта девочка будет моей! Неоднозначный герой, ХЭ Вторая книга Прости, Алиса Рита Навьер Я не знал, что можно увидеть незнакомую девчонку и… пропасть. Думать только о ней дни и ночи напролет. Искать ее повсюду. И наконец найти.Мне без разницы, что она – гордячка и с такими, как я, не желает иметь ничего общего. Мне без разницы, что про нее болтают другие. Мне даже без разницы, что ее отец посадил моего отца.Мне нужна только она. Алиса. И рано или поздно эта девочка будет моей! Неоднозначный герой, ХЭ Вторая книга 1 1 Андрей После шестого урока я проводил Алису вниз. Только до вестибюля, как и обычно. Чтобы ее отец, который ждал у школьных ворот, не увидел нас вместе. И чтобы я его не видел. — Андрей, — Алиса дошла до дверей, но вернулась. — А давай сегодня погуляем? Я хотел отказаться. Не стоит нам гулять. А по-хорошему, не стоит нам вообще быть вместе. Но кто бы выдержал ее слезы? Я точно не мог. Вот и решил просто дождаться, когда она закончит школу и уедет поступать. Алиса сама говорила, что отец планирует отправить ее в Москву. Тогда и порву с ней окончательно. А там уж с глаз долой, из сердца вон… Надеюсь, моя

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сломать его мясистый нос. Выбить золотые зубы. Заставить корчиться от боли и скулить. Я даже примерно представил, как и куда его ударю…

Наверное, Баро что-то такое усмотрел в моем взгляде, потому что вдруг сел прямо, запахнул свою цветастую рубашку и вообще как-то заерзал, бросая беспокойные взгляды мне за спину. В комнату, где сидел Бодя и смотрел по телевизору «Поле чудес».

— Ну так что? — спросил я его, поднявшись со стула.

Баро еще сильнее занервничал и тоже встал, видимо, чтобы я над ним не возвышался. Хотя он вряд ли доставал мне до подбородка.

Вздернув голову кверху, он заявил:

— Твои подруги должны денег. Много денег. Отработают свой должок и пусть идут на все четыре стороны.

— И сколько они должны?

Баро несколько секунд молчал, сверля меня взглядом. Потом выдал:

— Пять миллионов*.

Я чуть не поперхнулся. Это же какой-то бред! Отцовскую семерку я продал соседу за десять миллионов, а тут…

— И когда это они успели так задолжать?

— Рестораны, подарки, шмотки. Твои подруги хорошо покутили. А потом еще и обидели важных людей. Доставили нам много хлопот и неприятностей. Пять миллионов.

— Ладно, — сказал я. Ясно, что спорить с ним бессмысленно. — Пять так пять. Я выплачу их долг.

Баро удивленно приподнял кустистые брови.

— Интересно… Ну что ж, это твое дело. Приноси деньги, забирай девок. Если принесешь сегодня пятнадцать миллионов…

— Пять, — поправил его я.

— А-а, ты только одну подругу хочешь забрать? Я не сказал? Пять миллионов с каждой. Хотя нет. С двух — по пять, а на той, что сбежала, должок побольше. Она плечо прокусила одному моему важному гостю, перебила у нас тут всё… Придется возместить ущерб. Так что сверху еще миллион. Итого, шестнадцать.

Мне опять резко захотелось ему вломить.

— И это только сегодня так. Ну, хорошо, по старой памяти еще завтра. А потом всё. За ту бегунью должок будет расти с каждым днем. Проценты, сам понимаешь…

Я стиснул челюсти, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на этого старого упыря.

Тот крикнул:

— Бодя! Василь!

Толстяк высунулся на террасу. За его спиной топтался еще один.

— Ребята, проводите мальчика…

Потом снова обратился ко мне, напомнив:

— Шестнадцать миллионов, — поднял он кверху указательный палец с массивным золотым перстнем. — До завтра. Хотя… если бы ты принял мое предложение… то мы, скорее всего, простили бы твоим подругам долг. Ну всё, ступай, думай.

* В результате гиперинфляции 1992–1995 гг цены выросли в 2400 раза. Например, булка хлеба стоила 3000 руб. Поэтому цены на что-то крупное исчислялись уже миллионами. В 1997 году были в ходу еще старые деньги, а в январе 1998 г. произошла деноминация рубля и, допустим, тысяча рублей стала просто рублем.

4

4

Мы вышли на крыльцо. Из маленького дома все еще доносилась громкая музыка и мужской хохот.

Бодя проводил меня за ворота.