Сломать его мясистый нос. Выбить золотые зубы. Заставить корчиться от боли и скулить. Я даже примерно представил, как и куда его ударю…
Наверное, Баро что-то такое усмотрел в моем взгляде, потому что вдруг сел прямо, запахнул свою цветастую рубашку и вообще как-то заерзал, бросая беспокойные взгляды мне за спину. В комнату, где сидел Бодя и смотрел по телевизору «Поле чудес».
— Ну так что? — спросил я его, поднявшись со стула.
Баро еще сильнее занервничал и тоже встал, видимо, чтобы я над ним не возвышался. Хотя он вряд ли доставал мне до подбородка.
Вздернув голову кверху, он заявил:
— Твои подруги должны денег. Много денег. Отработают свой должок и пусть идут на все четыре стороны.
— И сколько они должны?
Баро несколько секунд молчал, сверля меня взглядом. Потом выдал:
— Пять миллионов*.
Я чуть не поперхнулся. Это же какой-то бред! Отцовскую семерку я продал соседу за десять миллионов, а тут…
— И когда это они успели так задолжать?
— Рестораны, подарки, шмотки. Твои подруги хорошо покутили. А потом еще и обидели важных людей. Доставили нам много хлопот и неприятностей. Пять миллионов.
— Ладно, — сказал я. Ясно, что спорить с ним бессмысленно. — Пять так пять. Я выплачу их долг.
Баро удивленно приподнял кустистые брови.
— Интересно… Ну что ж, это твое дело. Приноси деньги, забирай девок. Если принесешь сегодня пятнадцать миллионов…
— Пять, — поправил его я.
— А-а, ты только одну подругу хочешь забрать? Я не сказал? Пять миллионов с каждой. Хотя нет. С двух — по пять, а на той, что сбежала, должок побольше. Она плечо прокусила одному моему важному гостю, перебила у нас тут всё… Придется возместить ущерб. Так что сверху еще миллион. Итого, шестнадцать.
Мне опять резко захотелось ему вломить.
— И это только сегодня так. Ну, хорошо, по старой памяти еще завтра. А потом всё. За ту бегунью должок будет расти с каждым днем. Проценты, сам понимаешь…
Я стиснул челюсти, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на этого старого упыря.
Тот крикнул:
— Бодя! Василь!
Толстяк высунулся на террасу. За его спиной топтался еще один.
— Ребята, проводите мальчика…
Потом снова обратился ко мне, напомнив:
— Шестнадцать миллионов, — поднял он кверху указательный палец с массивным золотым перстнем. — До завтра. Хотя… если бы ты принял мое предложение… то мы, скорее всего, простили бы твоим подругам долг. Ну всё, ступай, думай.
* В результате гиперинфляции 1992–1995 гг цены выросли в 2400 раза. Например, булка хлеба стоила 3000 руб. Поэтому цены на что-то крупное исчислялись уже миллионами. В 1997 году были в ходу еще старые деньги, а в январе 1998 г. произошла деноминация рубля и, допустим, тысяча рублей стала просто рублем.
4
4
Мы вышли на крыльцо. Из маленького дома все еще доносилась громкая музыка и мужской хохот.
Бодя проводил меня за ворота.






