Попрощался с мерзкой ухмылкой, затем лязгнул засовом.
Саня ждал неподалеку и уже весь извелся. И как только увидел меня, набросился с расспросами:
— Ну что? Как? Договорился? Девчонок не видел? Как они, не знаешь? Ну! Рассказывай!
Я качнул головой.
— Договариваться с ними бесполезно.
— Почему?
Я в двух словах передал Сане наш разговор с Баро. Только про его предложение работать на Кемаловых не стал упоминать. Потому что, мне казалось, Саня бы загорелся.
Он — нормальный пацан, а как друг — вообще отличный, но по этой части у него очень гибкий подход. Он и так ворует направо и налево, его в детдоме даже звали «Санька — золотая ручка». Не хотелось бы, чтоб он впутался во что похлеще. И объяснять ему, почему я не рассматриваю всерьез предложение Баро, тоже не хотелось.
— Шестнадцать лямов?! — присвистнул он. — Это ж сколько? Это дохрена! Он там не лопнет? Сука…
— Да он от балды это ляпнул. Ему не деньги с нас нужны. Ему надо наших девчонок подкладывать под кого надо. Просто я там одного мента засек… Кто знает, кто там у него еще развлекается.
Саня еще минут десять клокотал. Я молчал, давая ему выпустить эмоции, и заодно думал, как быть.
— Что делать-то будем, Андрюха? Нельзя же их там бросить… — немного успокоившись, жалобно спросил Саня.
— Есть одна мысль…
Мы зашли к бабке, у которой год назад покупали самогон на мой день рождения. Она как раз жила здесь на соседней улице. Снова взяли у нее пару бутылок. По словам сторожа, он у нее должен быть очень крепкий.
Саня спрятал бутылки за пазухой.
Затем прошвырнулись по округе — просто чтобы время протянуть до ночи.
Вернулись к дому Кемаловых, когда уже совсем стемнело.
Чуть поодаль стояли белые Жигули, те самые, что двумя часами раньше я видел во дворе.
Мы спрятались в тени у соседнего дома, наблюдая, как от Кемаловых выполз все тот же усатый Николай.
— Что-то ты, смотрю, устал немного, — посмеиваясь, бросил ему вслед Бодя. — Может, Пашка тебя довезет?
— Нееее, — гнусаво промычал Николай, помотав головой и подняв кверху одну руку. — Я сам. Все в порядке.
— Ну как знаешь, — хмыкнул Бодя и закрыл ворота.
Николай, шатаясь, кое-как добрел до Жигулей. Долго ковырялся в замке — всё никак не мог попасть ключом. Наконец распахнул дверцу и плюхнулся на водительское место.
— Вот он, тот мент, — шепотом сказал я Сане.
— Так он в хлам…
— Угу.
— Ну давай уже! Вали отсюда! Че встал?
Мы ждали, когда этот Николай уедет, но он даже машину не завел. И вообще не подавал никаких признаков жизни, как будто уснул там.
Спустя четверть часа мы рискнули приблизиться. Оказалось — действительно спал, откинув голову назад. Мы даже храп его различили.
— Ну всё, действуем, — прошептал я Сане.
Мы подошли к забору с того края, где примыкала хозпостройка. Я подсадил Саню — он невысокий, не дотягивался.






