Как раз для таких случаев. И на всякий случай поменять пароли на счетах.
– Нет, не лгу, – гость не улыбался, а взгляд его был холоден, как стылая океанская глыба. На (В) экране показалось запястье – Эвертон посмотрел на часы. – Атака длится уже пятнадцать секунд, и, значит, Комиссия прибудет к тебе где-то… через минуту.
Энтони побежал прочь из кабинета, но массивная железная дверь перед его носом захлопнулась. Автоматически закрылась на замок и издала сигнал тревожной блокировки.
– Черт… Черт-черт-черт! – Кокс ударил ребром ладони по металлической обшивке. – Слушай, ты ведь шутишь, да?
Этот пидор – хакер. И он может не шутить. А что, если все правда?
Энтони потел, Энтони хотел сбежать отсюда, как можно быстрее.
– Сорок секунд, – раздалось с правого экрана. – Они появляются быстро, ты знаешь. Им не нужны двери.
– Нет… – шептал градоначальник «Икса». – Нет. Ты ведь обманываешь меня, да? Ты просто хочешь часть моих денег? Скажи, сколько ты хочешь? Ты ведь уже видел, сколько там? Половину? Семьдесят процентов? Все?!
– Тридцать секунд.
– Послушай… – Кокс задыхался. – Озвучь свои условия.
Он, возможно, зря струсил, но этот парень однозначно был психом. Он лгал. Или, может быть, нет. Нельзя рисковать, нельзя.
– Двадцать пять секунд. Знаешь, что они сделают с тобой, Кокс? Отправят в ссылку в очень и очень далекие места на тяжелые работы. Это в лучшем случае. Или попросту казнят, что очень вероятно. Двадцать секунд. Ты хочешь полюбоваться на свои деньги еще раз? Скоро тут везде будут стоять нули, потому что твои сервера сейчас пытаются подобрать пароли к счетам Комиссии. Ой, как наказуемо. Очень наказуемо.
– Нет, – хрипел Кокс, цепляясь за спинку кресла, – нет… Они узнают, что это ты, а не я…
– Не узнают.
– Это же вранье, вранье…
– Ты просто стал слишком жаден. Ты перестал считаться со средствами достижения целей, и это плохо.
– Я отдам тебе все, слышишь? Все!
– Двенадцать секунд. Попрощайся со своим домом, местом и миром. Тебя ждет другая жизнь.
– Послушай, послушай меня, парень, я стар… Мы ведь сможем договориться, мы сможем договориться!
– Не сможем, – отрезали холодно. – Пять секунд.
– Макферсон! Он тебя найдет! Найдет за меня!
Последним, что услышал Энтони, прежде чем кабинет осветился вспышками и в нем появились люди в серебристой форме, были слова: «Макферсон мертв».
Мертв. Мертв. Не может быть, не… может… быть…
Слепящие вспышки открывающихся порталов; голубые отсветы на ветках Пхеллы; гости из ниоткуда в его кабинете – слишком много чужих, слишком.
Когда ему зачитывали список правонарушений, Кокс смеялся так громко, что не слышал слов. А после, обессилев, сполз на пол.
На счетах все еще значились цифры – его миллионы. Его миллионы.






