ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Алексей Кромешник умеет ходить между мирами — и это его проклятие, а не дар. На грани реальности, в мёртвом пространстве Кромки, он вынужден лечить оборотней, иначе те превратятся в безумных зверей. Н... Кромешник Dominik Wismurt Алексей Кромешник умеет ходить между мирами — и это его проклятие, а не дар. На грани реальности, в мёртвом пространстве Кромки, он вынужден лечить оборотней, иначе те превратятся в безумных зверей. Но сейчас опаснее не голодные волколаки: вампиры вышли на охоту за древним артефактом, а подруга Алексея по глупости связала с ними кровавый контракт. Чтобы вырвать её из лап вурдалака, Кромешнику придётся заключить союз с полубезумным Верховным волколаком — тем самым, что ещё вчера пытался его сожрать. Ведь на Кромке нет друзей, есть только те, кому ты ещё нужен живым. Глава 1 — Ну, Каркуша, бестия пернатая, удружила, нечего сказать, — выругался я, оглядывая местность, куда наша троица вывалилась из открытого портала, созданного вороной. Судя по ощущениям, в реальный мир мы не вернулись, а оказались, на другом конце Кромки. — Кар! — натужно выкрикнула птица и тяжело опустилась на моё плечо. — Нечего прикидываться, — проворчал недовольно, — Ты свои силы практически не расходовала, из меня тянула, поэтому не изображай тут мученицу. — Кар! — возмущенно воскликнула Каркуша и взмыла в воздух, заехав крылом мне по носу. — Вот ведь, зараза. — Где мы? — закрутил лобастой башкой Фрол. — Всё там же? — в ответ бросил другу Микола и посмотрел на меня, — Не так ли, К

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Новости меня безмерно порадовали, и я пообещал Богдановой, что возмещу все расходы на детектива, да и вообще, обязательно отблагодарю при первом удобном случае.

Именно поэтому на допросе у следака я сидел с видом пофигиста, не реагируя на его подначки. Информация до Чердыни ещё не дошла, и седой майор не был в курсе, что меня реабилитировали.

А вот визит Московских следователей немного насторожил, но сильной тревоги не вызвал.

Удивительно, что они сами решили прилететь, а не дать приказ коллегам, отконвоировать меня в столицу.

Впрочем, мне это было на руку. Я не собирался в ближайшее время возвращаться в столицу. Слишком много нерешённых дел осталось в Тумановке. Необходимо было закрыть вопрос с Мартой, приструнить наглого кровососа, разобраться с неизвестным Кромешником, который посягнул на мою территорию. Опять же, выполнить обещание, данное Варваре и встретиться с её матерью, а только потом провести ритуал, который сможет навести меня на след убийцы, и после этого приступить к его поимке и нейтрализации. Правда сначала подкопить силёнок. Судя по словам того же Волховца, враг мне достался серьёзный, и почему-то кажется, что это не только мой враг, но и враг многих обитателей Кромки.

Надо будет расспросить об этом неизвестном Ратмира, а то со всей круговертью, данный вопрос совершенно вылетел у меня из головы.

А ещё разобраться с работницей почты и тайным свидетелем. Сдается мне, к этому фарсу причастен либо вурдалак, либо заезжий Кромешник.

Дожидаться Московских представителей уголовного розыска меня определили в другую камеру. Если до этого я несколько часов провёл в одиночке, то сейчас меня засунули в общую. Как только увидел рожи сокамерников, сразу понял, что будут прессовать. Уверен, кто-то из них являлся крысой седого следака, а может — все трое были засланными казачками.

Ретивый попался майор. Его бы рвение, да в другое русло, но нет, вцепился в меня как клещ, впрочем, пофиг, разберусь.

Следак видимо специально подбирал настолько колоритных персонажей, наверняка надеялся, что я испугаюсь и сразу начну стучать в дверь с криками о помощи и согласием подписать что угодно, лишь бы меня отсюда выпустили.

Посмотреть действительно, было на что: один — коренастый, с выбитым зубом и злобным прищуром; второй — худой, нервный, с постоянно дергающимся глазом; третий — крупный, с татуировкой змеи, обвивающей руку. Все они наблюдали за мной холодным, оценивающим взглядом.

И всё же, я оказался прав. Эти трое — не просто уголовники. В глазах коренастого я уловил знакомый блеск — такой же бывает у «крыс», сдающих информацию ментам. Он был спокоен, внимательно изучал меня, словно мышь под микроскопом.