Иначе ведьму ждала бы скорая бесславная смерть, она не выжила бы, растеряв силы и умения, а остальные трое и так были мертвы. Полагаю, альтернатива вам по вкусу? Второй шанс. Воспользуйтесь им!
Несмотря на то, что Себастьян мог теперь осмотреться, говорившего он так и не увидел. Голос шел откуда-то со стороны, сбоку. Одно охотник знал точно, он никогда прежде не слышал этот голос. Но человек, способный вернуть к жизни других, должен был обладать поистине чудовищными возможностями. Даже те, кто прибегал к энергии смерти — как ведьмы, например, — не сумели бы вернуть мертвых к жизни, собери они энергию хоть десяти анклавов. Заставить мертвецов выполнять поручения — запросто, но никак не вернуть ушедших к полноценной жизни. А Себастьян был уверен, что он жив. Лоскутное сердце билось в его груди, гоня горячую кровь по телу.
— Старые боги возвращаются. Мир ждут перемены. Помешайте им. Старым богам не место в этом мире. Не дайте им вернуться. Такова ваша задача. Такова ваша судьба. Обезьяний бог на время повержен. Девочка, забравшая маску, еще долго не сумеет ей воспользоваться. В ней большой потенциал, но она еще слишком юна, поэтому о ней можете не волноваться, она не помешает. По крайней мере, не сейчас. Но другие постараются использовать свой шанс на возвращение. Этого нельзя допустить. Убейте их всех!
Вот, значит, как. Их воскресили ради конкретной цели — убить богов! Их связали между собой невидимыми цепями. Хотел ли охотник этого? Что бы он предпочел, если бы мог выбирать? Смерть или, как сказал невидимый голос, второй шанс? Себастьян честно признался себе, что шанс, пусть столь неожиданный, все же лучше. Тем более сейчас, когда он нашел Ласточку. Он хотел жить! И пусть для этого придется убить всех старых богов до последнего, он не отступится, не свернет с пути. Их невидимый покровитель не ошибся в своем выборе. Он сделал верную ставку.
— Помните, вы теперь вместе. Вы — едины…
Сбоку мелькнула быстрая тень. Себастьян мог поклясться, что увидел фигуру высокого человека, закутанного в темный балахон. Но все произошло столь стремительно, что рассмотреть детали охотник не успел. Черный человек мелькнул и исчез.
И тут же путы, стягивающие тела четырех человек, ослабли. Теперь Себастьян мог двигаться, чем он тут же и воспользовался. Змеей выскользнув из ремней, он соскочил на пол и застыл, держась за каменный постамент, на котором только что лежал. На котором воскрес.
Не только охотник выбрался из плена. Ведьма тоже спрыгнула на холодные плиты пола, но и ее сил недоставало, чтобы бежать или нападать.
Третьей с постамента слезла Ласточка. А последним, легко ступив на пол, освободился бродяга.
Они замерли друг напротив друга. Четыре обнаженных человека, четыре врага, четыре лоскутных сердца.






