ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Свет благословляет. Паладин не выбирает. Паладин следует уставу. Идеальный солдат, ставший магистром Ордена. Вдолбленный кодекс поведения, закреплённый магией. Никаких сомнений, никаких ошибок и… ник... Виль Мизантроп Свет благословляет. Паладин не выбирает. Паладин следует уставу. Идеальный солдат, ставший магистром Ордена. Вдолбленный кодекс поведения, закреплённый магией. Никаких сомнений, никаких ошибок и… никакой свободы. Когда Скверна пришла в его мир, он исполнил свой долг и погиб вместе со всеми. Но это был ещё не конец. Теперь он — Артур Виль, малолетний наследник потерявшего былое величие дома. Внутри больше нет Света, вместо него возвращаются негативные эмоции смертных. Это не история о непобедимом паладине. Это история о том, как безжалостное оружие учится быть человеком. Ему предстоит строить, торговать, воевать и учиться самому главному — быть человеком. Потому что впервые в жизни, у него есть право выбора. Глава 1. Пролог. Гибельные земли. 42 год от пришествия скверны. «Последний оплот». — Ах ты ж сука! — коренастый бородач ловко рубанул топором по лапе с неестественно длинными когтями, которая намертво вцепилась в край крепостной стены. Добрая освящённая сталь издала лишь жалобный скрежет, не в силах совладать с туго переплетенными багровыми жилами. — Х-ш-ш-ш, — зашипела тварь, резко подтянулась и свободной рукой наотмашь хлестнула когтями по телу защитника, вспоров стальной нагрудник словно бумагу. — Свет! Очисти скверну! На помощь раненому наконец подоспел в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Артур стоял у тела одного из своих гвардейцев, перебинтовывая раненого боевого товарища. Пальцы двигались быстро и точно, но в глазах застыла холодная усталость. Сегодня он опять потерял двоих. Одному кистень угодил в кадык, второму перерезали артерию на бедре. Вовремя подоспеть не удалось, слишком много крови было потеряно. Он смотрел на обречённого гвардейца и чувствовал внутри глухую пустоту.

— Мы сокрушили зло, — раздался голос за спиной.

Артур обернулся. Перед ним стоял Сэм. Его лицо было залито чужой кровью, но зелёные глаза ярко горели, а широкая улыбка была странной. Он смотрел на поле боя, словно смертный пастырь, который привёл людей к Свету. Никакой злобы или торжества — только странное и печальное умиротворение.

— Кровь нечестивцев окропила чёрную землю, — продолжил Сэм, голос звучал торжественно. — Как ты и предсказывал, посланник Единого.

— Я ничего не предсказывал, — ровно ответил Артур, в его голосе не было обычной уверенности. — У меня был план, но мы потеряли много хороших и нужных людей. Это проблема.

Сэм перевёл взгляд на тела убитых — и своих, и чужих. Немного помедлив, словно вслушиваясь в тишину, он произнёс:

— Они все — дети Семерых. Те, кто пал сегодня, уже предстали перед ними. Грешники и праведники теперь равны. Семеро не различают, чей меч был в руке. Они видят сердце.

— Плевать на Мясников. У меня и у тебя есть потери, — терпеливо ответил Артур, указав взглядом на тела убитых. — У тебя они огромные.

— Они стали воинами Семерых, — мягко сказал Сэм. — Они не были избраны, но послужили Божественной справедливости. Семеро примут их как героев. Что касается безвременно ушедших, другие праведники займут их место, мы очистили эти земли от отравляющего их зла, и его место теперь займёт Вера.

Артур едва не закатил глаза. Чёртов фанатик. Но кое в чём он был прав. Набрать новое отребье — не такая большая проблема, не важно, какова идея, люди идут за победителями. Святой действительно верил в каждое произнесённое слово, с такими людьми трудно было спорить, почти невозможно. Но с ними можно было работать.

— Я ждал тебя, — неожиданно произнёс Сэм, и в голосе его появилась странная, почти пророческая нотка. — Я знал, что ты придёшь. Семеро говорят с теми, кто умеет слушать. Ты пришёл, и теперь они будут говорить громче.

Артур поморщился. Святой повторил слова из их первой встречи. Тогда он держал руку на пульсе событий через Винни и Корвина, которых предварительно внедрил в банду. Как только Мясники забили им встречу, он лично посетил лидера Острых топоров. Каково же было его изумление, когда вместо дипломатии, торга и неизбежного принятия его встретили фразой: «Я ждал тебя, посланник Единого». После чего все заготовленные шаблоны лопнули.