ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Попаданец проснулся в теле восьмидесятидвухлетнего старца, которого все считали безобидным куском мебели. Грандмейстер Пицель, лекарь при дворе, ворчливый маразматик, жалующийся на сквозняки — идеальн... Слуга Государев Сим Симович Попаданец проснулся в теле восьмидесятидвухлетнего старца, которого все считали безобидным куском мебели. Грандмейстер Пицель, лекарь при дворе, ворчливый маразматик, жалующийся на сквозняки — идеальная маскировка для того, кто намерен дергать за ниточки Семи Королевств. Система щедро одарила его интеллектом острым, как валирийский клинок, и харизмой, способной внушать абсолютный ужас, но при этом оставила тело хрупким, скрипучим, неспособным подняться по лестнице без боли. Каждый день он пьет эликсиры, чтобы на несколько часов стать сильным, а потом снова притворяется разваливающимся на ходу стариком. Эта двойная жизнь требует постоянного актерского мастерства: перед слугами — слюнявый дед, перед шпионами — мистический Владыка Теней, перед Малым Советом — преданный дурачок. Он не может позволить себе ни одной ошибки, ни одного мгновения слабости, потому что в Вестеросе слабость убивает быстрее яда. Его имя — шутка судьбы. Пицель, которого все забыли, которого толкали локтями и перешагивали через его мнение. Теперь в этом бренном сосуде живет разум, привыкший к другим правилам, и попаданец не собирается мириться с ролью статиста. Но привычка к власти, полученной из тени, порождает особую жадность: ему мало просто выжить, мало просто влиять. Он хоче

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Рука старца, секунду назад казавшаяся слабой, внезапно обрела твердость замкового камня. Узловатые пальцы перехватили тонкое девичье запястье. Движение было не грубым, не причиняющим боли, но в нем таилась такая абсолютная, несокрушимая властность, что служанка застыла, словно мышь перед броском гадюки.

Грандмейстер неуловимо сместился на подушках. Теперь его глаза скрывались в глубокой, непроницаемой тени балдахина, а бледный лунный свет выхватывал из мрака лишь нижнюю половину лица, искривленную в высокомерной, леденящей кровь полуулыбке.

Атмосфера в покоях мгновенно стала вязкой. Воздух словно сгустился, давя на плечи невидимым свинцовым прессом.

[Активирован навык: «Аура Истинного Владыки». Эффект мистического подавления: +100%.]

— Луна сегодня особенно прекрасна, — голос, еще мгновение назад звучавший надтреснуто и слабо, теперь наполнился низкими, бархатистыми нотами. Каждое слово отдавалось легким эхом от каменных стен, проникая прямо в подкорку. — Но даже ее серебряный свет не способен разогнать тьму, сгустившуюся над этим замком. Не так ли, дитя?

Служанка забыла, как дышать. Кубок выскользнул из ее ослабевших пальцев, но кукловод второй рукой поймал металлическую чашу прямо в воздухе, не пролив ни единой капли. Движение было плавным, почти нечеловечески изящным.

— Г-гранд... мейстер... — только и смогла выдавить из себя побелевшая от ужаса девушка, чувствуя, как подгибаются колени от первобытного трепета перед фигурой, возвышающейся на кровати.

— Запах розмарина, корицы и жженого сахара на твоем переднике, — продолжил невидимый режиссер, полностью игнорируя ее лепет. Его тон гипнотизировал. — Ты была на кухне. Там, где сходятся все невидимые нити дворцовых слухов. Тьма уже шепнула мне свои секреты, но я желаю услышать их из твоих уст. Оправдай свое присутствие перед лицом Бездны. Что тревожит обитателей этого гнезда порока нынешней ночью?

Разум девчонки, столкнувшийся с чем-то непостижимым, древним и пугающе-грациозным, выбрал единственный доступный путь к спасению — абсолютное подчинение.

— Л-лорд Аррен! — выпалила она, задыхаясь от мистического ужаса. — Его личный слуга прибегал за колотым льдом! Деснице очень плохо, его тошнит и бьет сильный озноб! А лорд Станнис... лорд Станнис снова кричал на мастера над монетой, велел седлать коней и собирает людей!

Владыка Теней медленно, многозначительно кивнул во мраке. Все шло точно по тому сценарию, который хитрый лис только что прокрутил в своей голове. Яд «Слезы Лиса» уже делал свое дело.

— Значит, шестеренки судьбы наконец-то пришли в движение, — пафосно изрек старец, бросая взгляд в темноту дальнего угла комнаты, словно там скрывался невидимый зритель. — Яд в крови. Костлявая расправила свои крылья над Десницей Короля.