Ту пустоту, которую он разорвал в моей груди, когда исчез снова без предупреждения, без нормального прощания или шанса убедить его остаться.
Я только что вернула его.
А теперь его нет.
В комнате темно, только свет из коридора просачивается под тяжёлой больничной дверью. Прошло два дня. Я знаю, потому что медсестра сказала мне сегодня утром. Два дня капельниц, успокоительных, врачей, объясняющих, что моё сердце находится под «сильным стрессом», что моё тело, по сути, замкнуло от паники и горя. Оно перестало работать правильно, посылая боль, онемение и тяжесть снова и снова.
Синдром разбитого сердца, так они это называют. Они сказали, что моё сердце быстро восстановится, потому что я молода, но они не знают меня. Они не знают, как сильно я люблю Джуда..
Моё тело теперь тяжёлое, напичканное кучей препаратов, названий которых я даже не выговорю. Я не чувствовала себя… здесь с тех пор, как он ушёл. Когда я узнала, что случилось, я рухнула в объятия Майка, и мы плакали вместе, сидя на подъездной дорожке у пляжного дома. Но я так сильно сорвалась, прежде чем успела по-настоящему осознать всё, что произошло. Поэтому я знаю, что мне нужно поговорить с Майком и разобраться раз и навсегда, что, чёрт возьми, пошло не так.
Они с Хизер сидят на маленьком диване у окна, который сейчас превращён в кровать, на которой они спали. Они не отходили от меня ни на шаг. Хизер поджала колени к груди, её голова лежит на плече Майка. Майк смотрит в пол, будто всё ещё не может поверить в случившееся. Он был очень тихим, учитывая, что его лучший друг тоже бросил его.
Я наконец осознаю давящую тишину и нарушаю её. — Что с ним случилось? Ты можешь сказать мне, что заставило его уйти?
Майк медленно выдыхает, наклоняясь вперёд, опираясь локтями на колени. Он проводит рукой по своим спутанным светлым волосам, пальцы цепляются за пряди. — Тебе не нужен этот ответ прямо сейчас, — тихо говорит он. — Тебя только что стабилизировали, Эмма.
— Мне всё равно, — шепчу я. — Не знать будет для меня хуже. Я знаю, что всё плохо… ты сам так сказал на днях. Но я хочу знать больше. — Я делаю паузу, чувствуя, как тяжесть препаратов сглаживает острые края тревоги. — Пожалуйста.
Хизер шевелится, бросая на Майка раздражённый взгляд, но не останавливает его. Она просто сильнее прижимается к нему. Я знаю, что она тоже злится на него. Он держал нас в неведении так же, как и Джуд. Это чувствовалось как предательство, учитывая, что я хотела помочь ему с самого начала. Поэтому я должна знать, почему эта реальность была более приемлемым вариантом, чем просто что-то сделать, чтобы спасти его раньше.
— Ну, ты знаешь, что Джуд убивал людей для Нолана, — начинает он, его голос — едва слышный шёпот, пока он оглядывает нашу палату.
Я киваю, и лицо Хизер искажается.
Майк сглатывает.






