Широкие запястья переходили в крепкие, сильные предплечья, поросшие темными волосками.
Эти руки не знали суеты. Только власть. Они могли себе позволить не утруждаться тяжелым трудом. Их максимум: кожаный руль премиального автомобиля, бокал с односолодовым виски, золотая ручка от «Моntblаnс»
Или мое горло, когда ему захочется.
— Спасибо за комплимент Сергей, — кивнула я сдержанно, чувствуя, как всколыхнулось во мне раздражение, оседая на языке горечью и почти нестерпимой неприязнью.
— Не за что, Настя, — переплел он свои пальцы, уперевшись в них подбородком. — составишь мне компанию и поужинаешь вместе со мной?
Затем улыбнулся хищно, окинул меня тяжелым, по-мужски оценивающим взглядом и еще более мягко добавил:
— Пожалуйста.
— с удовольствием, — выдавила я из себя сухо и отвернулась к окну, так и не притронувшись к столовым приборам, чем ясно дала понять, что мне неприятно находиться здесь с этим мужчиной.
Но ему было плевать на мои печали. Абсолютно. У него было более важное дело — набить свое пузо гусем. Он и ел тоже очень красиво, мастерски орудуя ножом и вилкой. Жевал неторопливо и чинно. И все это время смотрел на меня в упор.
— Не знал, что у тебя есть парень, — заговорил он вновь минут пять спустя. — Теперь знаете, — дернула я подбородком.
— любишь его?
— Очень, — упрямо встретила я его взгляд.
— давно вместе?
— Сергей, я не думаю, что…
— Да брось. Что прям секрет Полишинеля?
— Несколько месяцев, — ответила я излишне жестко, поднимая подбородок максимально высоко.
А этот пижон вдруг откинулся на спинку кресла и легко рассмеялся. Будто бы не усадил меня перед собой насильно. Будто бы не принуждал делать то, чего я совсем не хотела. Будто бы не мог поверить в то, что в мире существуют люди, которым может до тошноты претить его расчудесная венценосная компания.
— Хой, ты чего такая напряженная? Мы же просто болтаем. Да?
АХ, вот как это теперь называется?
— Вы так считаете, Сергей? — вопросительно приподняла я брови, намекая на его недопустимое поведение.
Но и здесь встретила тотальное равнодушие. — Хочешь на самом деле узнать, что я считаю?
— Будьте любезны, — выдавила я, поджимая губы и понимая, что на полной скорости несусь прямиком в самую огромную жопу в своей жизни, из которой не факт, что когда-нибудь вылезу.
И была абсолютно права, черт возьми!
— что ж, — смерил он меня ленивым взглядом из-под полуопущенных ресниц, — тогда давай сразу проясним все возможные вероятности, если ты не возражаешь.
— Отнюдь. — Отлично, Настя. Итак, для начала свидание. — я уже говорила вам, что не заинтересована, — выпалила я с жаром.
— Вот видишь, — отреагировал он совершенно спокойно. — Но! Разумеется, я бы не сдался.






