ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Аноним: «Хочу твое фото» Новое сообщение я читаю с тахикардией. Потому что тоже хочу увидеть его фото, но он даже имени своего не говорит. Я: «Мы можем обменяться взаимно?» Аноним: «Нет. Только твое ф... В сети с мажором Маша Демина Аноним: «Хочу твое фото» Новое сообщение я читаю с тахикардией. Потому что тоже хочу увидеть его фото, но он даже имени своего не говорит. Я: «Мы можем обменяться взаимно?» Аноним: «Нет. Только твое фото» Я хмурюсь, закусывая нижнюю губу до боли, и печатаю быстрое: «Почему? Ты страшный?» И он снова пропадает, а я жду. Не знаю, почему каждый раз первая пишу своему анониму, но знаю, что мне достаточно получить одно его сообщение, чтобы сердце забилось в груди как ненормальное. Эта странная переписка сводит меня с ума. И я даже не подозреваю, куда она приведет, но, когда понимаю, оказывается уже слишком поздно. Потому что я влюбилась в неправильного парня, которого никогда не одобрит отец, ведь он уже запланировал мою свадьбу с сыном своего партнера. НА МОМЕНТ СЕКСУАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ Пролог Пролог Тело заведенное как мотор. Пульс долбит в горле, в ушах, дыхание сбивчивое, черт… Вот нахера она пришла? Каждый раз выбивает меня из равновесия. И это начинает накалять, как и моя неспособность отказать, когда дают то, чего очень не хватает. Резкими движениями влетаю в штаны, время, сука. Проверка, мать ее. — Исай. — Да, Карин, — грубо выдыхаю, застегивая брюки. — Не выходи завтра на арену. — Ты поэтому пришла? Чтобы сбить мой настр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я схожу с ума от переизбытка ощущений и совершенно не контролирую себя, меня магнитом к нему… невыносимо, как хочется чувствовать его горячие мужские звуки, похожие на стоны и сплетающиеся с такими же моими женскими и слабыми. Держусь сейчас только за счет его больших рук, которыми он так бережно сжимает мое лицо.

Сердце грохочет так, что закладывает уши.

Каждая клетка моего тела дрожит, требуя больше его губ и меньше сдержанности. Это просто вопиющее нахальство для девушки, которой всю жизнь прививали правила этикета, как держаться на публике и как вести себя в обществе мужчин тоже! И мне должно быть стыдно, что я, которая еще ни с одним парнем не переступила черту близости, выпрашиваю поцелуй от незнакомца. От близкого незнакомца.

Не культурно? Сто процентов. Но мне так наплевать на это, как и на то, что у меня совершенно нет никакого опыта в соблазнении…

Сейчас все это кажется неважным, мне до необходимости хочется обнять его крепкое тело и прижаться к нему еще плотнее, окунуться в его мужественный запах глубже, пропитаться им, слиться в единое целое, потеряться в происходящем между нами, утонуть без возможности выплыть на поверхность.

Я так этого хочу, что в животе сладко и томно стягивает все в один большой узел. У меня нет объяснения, что это, напряжение между нами достигает такой отметки, что все сейчас вокруг разлетится на мелкие осколки.

Весь жар устремляется в низ живота, и с каждой секундой там все начинает пульсировать. Эта пульсация доводит до помешательства… и я опять первая тянусь к его губам. Он скользит ладонями мне в волосы и сжимает их в кулаки на затылке, тянет мою голову назад, запрокидывая лицом кверху, чтобы нависнуть надо мной.

— Подожди… — хрипит он. — Я еле сдерживаюсь.

— Почему? — непонимающе хлопаю ресницами.

Он издает сдавленный смешок, качая головой в каком-то отчаянии.

— Вот именно поэтому и сдерживаюсь, потому что, боюсь, не смогу остановиться, а ты еще не до конца понимаешь, во что ввязываешься.

— А ты не боишься, что, сдержавшись сейчас, другого шанса не получишь? — шепчу невнятно.

Господи, Нагорная⁈ Ты выпрашиваешь поцелуй⁈ Бесстыжая…

Да! Потому что мне мало наших касаний, хочу по-взрослому, как это описывается в любовных романах с пометкой восемнадцать плюс.

Исай скользит пальцами на мой подбородок, большим проводит под нижней губой.

— Думаешь, провоцировать меня сейчас хорошая идея?

— Думаю, у меня осталось не так много времени, мне скоро уходить, так что, если честно, терять нечего.

Исай хмурит брови, сужает глаза, сверля меня горячей эмоцией, но я выдерживаю, с трудом справляясь с взволнованным дыханием. Может, мой язык и дерзкий, но внутри все трепещет от неизвестности. И если он меня не поцелует…

Но он целует.