ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Аноним: «Хочу твое фото» Новое сообщение я читаю с тахикардией. Потому что тоже хочу увидеть его фото, но он даже имени своего не говорит. Я: «Мы можем обменяться взаимно?» Аноним: «Нет. Только твое ф... В сети с мажором Маша Демина Аноним: «Хочу твое фото» Новое сообщение я читаю с тахикардией. Потому что тоже хочу увидеть его фото, но он даже имени своего не говорит. Я: «Мы можем обменяться взаимно?» Аноним: «Нет. Только твое фото» Я хмурюсь, закусывая нижнюю губу до боли, и печатаю быстрое: «Почему? Ты страшный?» И он снова пропадает, а я жду. Не знаю, почему каждый раз первая пишу своему анониму, но знаю, что мне достаточно получить одно его сообщение, чтобы сердце забилось в груди как ненормальное. Эта странная переписка сводит меня с ума. И я даже не подозреваю, куда она приведет, но, когда понимаю, оказывается уже слишком поздно. Потому что я влюбилась в неправильного парня, которого никогда не одобрит отец, ведь он уже запланировал мою свадьбу с сыном своего партнера. НА МОМЕНТ СЕКСУАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ Пролог Пролог Тело заведенное как мотор. Пульс долбит в горле, в ушах, дыхание сбивчивое, черт… Вот нахера она пришла? Каждый раз выбивает меня из равновесия. И это начинает накалять, как и моя неспособность отказать, когда дают то, чего очень не хватает. Резкими движениями влетаю в штаны, время, сука. Проверка, мать ее. — Исай. — Да, Карин, — грубо выдыхаю, застегивая брюки. — Не выходи завтра на арену. — Ты поэтому пришла? Чтобы сбить мой настр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Исай.

— Да, Карин, — грубо выдыхаю, застегивая брюки.

— Не выходи завтра на арену.

Усмехаюсь, дергая головой вбок.

— Ты поэтому пришла? Чтобы сбить мой настрой?

Выдыхаю, зло разминаю ладонью шею и поворачиваюсь к обнаженной женщине на моей кровати.

Не стоило перед боем трахать ее, но очень сложно отказать, когда слишком много всего внутри и слишком мало способов от этого избавиться.

И эта сучка каждый раз пользуется.

Мне было восемнадцать, когда я сюда попал, ей двадцать восемь, красивая, с хорошей фигурой и добрая ко мне.

Сначала это были взгляды, улыбки, короткие касания. Но с каждым годом, проведенным здесь, наши границы все больше стирались.

Я не помню, кто первый пересек красную линию, впрочем, сейчас это всего лишь один из фактов, уже не имеющий никакого значения, потому что сейчас эта женщина лежит в моей кровати: расстрепанная копна рыжих волос, раскрасневшееся лицо, глаза блестят, как у пьяной. Красивая, но глупая. Да и я не особо блистаю умом.

Сокральная Карина — один из моих надзирателей и по совместительству жена начальника колонии. Единственное, что помогает нам скрывать наши встречи, — мои привилегии, которыми мой брат обеспечил меня, когда я попал сюда четыре года назад. Вот такой вот каламбур. Но и в этом есть свой кайф.

В четырех стенах реальность смазывается, и приходится ходить по лезвию ножа, чтобы чувствовать себя живым. По этой же причине я вписался в нелегалку с подпольными боями. Боль отлично держит на плаву.

Из мыслей меня вырывает теплое касание ладоней к щекам. Раздраженно уворачиваюсь и хмурюсь, бросая на нее взгляд, в котором Каро отчетливо читает, что мне это не нравится.

Надув губы, она отходит в сторону, виляя задницей в красных танго, опирается бедрами о стол, тянется за пачкой сигарет, прикуривает одну, затягивается, выдыхает:

— Я пришла, потому что соскучилась. — Обнимает себя под грудью, приподнимает тяжелые полушария. — К тому же секс никак не влияет на усталость. Это все мифы. — Сжав пухлые губы вокруг фильтра, она прищуривается и затягивается, выдыхая тонкую струйку дыма вместе с тихим: — Я просто переживаю. Не хочу, чтобы ты пострадал.

Не сдерживаю издевательского смешка, хватаю черную рубашку, накидываю и методично перебираю пуговицы, глядя Каро прямо в хитрые глаза.

— Не веришь в меня?

— Верю, — мурлычет она, затягиваясь сигаретой, а затем отталкивается от стола и подходит ко мне.

Она еще не касается, но мои мышцы каменеют в защитном рефлексе. Каро стоило бы обратить внимание на сигналы моего тела, но она в очередной раз игнорирует и обнимает, прижимаясь губами к ключице.

Грубо уворачиваюсь. Не люблю тактильность. И она знает об этом, но каждый раз нарушает мои личные границы, будто секс что-то изменил. Я и трахаю ее только сзади, чтобы было как можно меньше контакта.