Свойство: не пригорает.
(От таких свойств пригорает у остальных.)'
Преобразований в сутки у меня немного, так что фильтры и всё прочее пришлось отложить на завтра.
Брагу мы поставили на меду.
Мёд нам добыл Ганс, и добыл героически, о чём слышала вся округа.
Последние дни мы понемногу ходили в лес, втроём или вчетвером, недалеко и всегда до сумерек.
И в одну из таких вылазок Ганс нашёл на старых липах ульи. Не наши, домашние, а дикие, в дуплах, и сколько там сидело пчелиных семей, он считать не стал.
Вызвался он сам. Сказал, что пчёлы его не кусают. Сказал уверенно, как человек, который знает про пчёл что-то, чего не знают остальные.
Оказалось, кусают.
Вопли стояли такие, что Глафира выронила ухват, а страусы всем стадом начали вспоминать как зарывать голову в песок. Хорошо что они начали это вспоминать на вспаханной земле, так что у некоторых даже почти получилось, и даже без травм. Хотя, глядя на Стахановца понимаешь, что был бы мозг было бы и сотрясение, а так…
Кстати Стахановец старался зарыться чуть ли не больше всех.
Пришёл конюх злой, как тот землерой, с одним заплывшим глазом и распухшей губой.
Но мёд принёс. Целое ведро, в сотах, и ни капли не пролил по дороге, что при его тогдашней скорости передвижения было отдельным подвигом.
Брага дошла за ночь.
А первую партию я гнал уже утром и всё время посматривал на часы, потому что не верил.
Обычно перегонка это долгое скучное дело на полдня, с табуреткой рядом и книжкой в руках. Тут же струя пошла через десять минут после розжига и шла толстая, ровная, весёлая.
Раз в десять быстрее. Может, и в двадцать.
Гараж молчал ровно до того момента, как я подставил под струю первую банку.
— Аъъъ, начальник, — сказал он с чувством. — Нам бы с тобой такой аппаратик да в девяностые! Мы бы монополистами стали! И вместо коньяка бабы Нюры, за которым все местные ханурики ходили, была бы медовуха дяди Ника. Эххх… пропала схема…
— Сейчас-то тебе кто мешает?
— Логистика, начальник. Тут ханурики другие и живут далеко.
Дальше пошли фильтры.
Уголь у меня был, свой, берёзовый, полмешка с прошлого шашлычного сезона. Тряпки были всегда, любого качества и в любом количестве. Ещё нашлась пластиковая воронка и обрезок трубы.
Ремесло приняло всё это без возражений.
'Создан предмет: колонка очистная.
Качество: редкое.
Свойство: удерживает запах. Пропущенное через неё сохраняет только то, что нужно.
(Уголь, тряпка и наглость. Классический набор.)'
Работала она в двух режимах, и разница между ними меня, честно сказать, потрясла.
Один проход давал напиток. Мягкий, с медовой ноткой, тёплый на вкус, из тех, за которые в моём мире дерут втридорога и пишут на этикетке слово «крафтовый».
Второй проход давал спирт. Прозрачный, без запаха, без вкуса, без единой посторонней ноты.






