Маруся, услышав, что брат вернулся, вышла из дома и, заняв место рядом с Верой, вздохнула.
— Что, не нравится здесь?— Спросил я у дочери и вскинул бровь.
— Да нет, все хорошо…
Маруся за этот год стала спокойнее, я бы даже сказал, как-то более женственнее. Наличие матери рядом однозначно пошло ей на пользу. Маруся перестала сшибать меня своей экспрессией и появляться у меня на глазах с каким-то просто ошеломляющим макияжем. Нет, все было в меру. Ровно так, как она должна выглядеть в свои годы. Причём она делала это сейчас изысканно, тонко. И да, несмотря на то, какие были у неё обиды к Вере я понимал, что лучше родной матери никто с воспитанием дочери не справится.
Вера справлялась.
Шикарно справлялась.
Никита перехватил со стола мою кружку с чаем и чуть ли не залпом допил её, выдохнул.
— Марусь, погнали на великах.
Маруся поправила пышную юбку и вздохнула.
Я усмехнулся и покачал головой.
— Езжайте.
Маруся, помедлив все-таки встала и, дотронувшись до запястья Веры, уточнила:
— А ты с нами поедешь?
— Нет, родная, езжайте, мы с папой обсуждаем будущий юбилей.
Это было страшно и непонятно.
Мы были в разводе, мы за этот год столькому научились, что даже представить было страшно. Мы научились разговаривать не в ключе того, что я устанавливаю правила, а Вера им следует, нет.
Мы стали договариваться.
Знаете, это очень непонятное ощущение, когда ты дружишь после любви, она дружила после любви, а я любил и не смел ничего за год сделать с этой любовью. Как-то так выходило, что раз за разом. Я все сильнее понимал, что действительно любил Веру, а такую, как сейчас, особенно. С какой-то лёгкой грацией, с какой-то очень благородной мягкостью. И вместе же с тем, с каким-то стальным стержнем внутри и он не сразу появился, он рос от момента к моменту. Чем больше пространства Вера отвоёвывала себе, тем крепче она становилась.
Это восхищало.
Я бы мог найти чёртову дюжину слов для того, чтобы объяснить, как на самом деле мне было сейчас рядом с ней правильно. Но теперь я мог находиться рядом в ограниченном количестве времени, когда вот, например, мы хотели, чтобы дети куда-то выбрались всей семьёй.
Вера проследила за тем, как Маруся с Никитой сбежали от нас, и перевела на меня задумчивый взгляд.
— Что ещё ты хочешь на свой юбилей? Кого позовёшь?
— А тебе нормально этим заниматься? — Спросил я, прикрывая ноут, Вера пожала плечами.
— Почему нет?
— Потому что в прошлом году…
— Потому что в прошлом году у меня не было той возможности, которой я обладаю сейчас. Мы с тобой независимы друг от друга. Мы с тобой просто как два разных человека, отдельных человека. И поэтому сейчас я выступаю исключительно в качестве советчика, что ли, но никак не жены.
Мне казалось, она врала, мне казалось, ей все равно было сложно. Но сейчас по Вере этого нельзя было сказать.






