Ну так вот, живи теперь как хочешь, а к детям не смей приближаться.
Но утром я все равно стояла на пороге квартиры, пыталась достучаться, пыталась забрать детей. Только никто не открывал.
Я подала на развод, а Валера, взбесившись, звонил и рычал на меня:
— Даже если бы я мог простить тебе эту оплошность, то сейчас ты просто подписываешь себе приговор!
— Я буду бороться за детей, — выдохнула тогда я.
— Да мне плевать, — рявкнул муж. — Никого ты не получишь, либо ты закрываешь рот и возвращаешься домой, становясь тихой и покорной женой, либо про детей можешь забыть.
Но я знала, что суд всегда на стороне матери.
Однако в случае с Валерой оказалось не так.
Мой юрист, которого я наняла для ведения дела, он саботировал почти весь процесс, и я это смогла понять слишком поздно. А вместе с тем пока шло все разбирательство рядом с моим мужем, откуда не возьмись, появилась высокая брюнетка с восточным разрезом глаз.
Я звонила Марусе, она огрызалась на меня, что лучше бы я сделала так, как сказал папа, потому что никому от этого не легче, а потом она перестала отвечать на мои звонки.
Я общалась только с Никитой, который плакал, и просила его забрать, потому что он очень сильно скучал.
А в итоге оказалось, что совместно нажитого делить нечего, ведь почти все в нашем браке было куплено в обход меня.
Разделу подлежала только квартира, в которой мы жили, но и то её до сих пор не могли продать.
Я имела право в ней жить сейчас, но только Валера поставил условия: живу я либо в статусе жены, либо никак, и всем было плевать, что я имела на это законное право. Меня футболили из одной инстанции в другую. Я писала заявление на то, что мне не дают видеться с детьми, но они волшебным образом где-то исчезали. А к концу бракоразводного процесса я поняла, что деньги творят, чудеса, а большие деньги, почти нереальные вещи.
Я только сглотнула, перевела взгляд на мужа.
— Пусти, — ещё раз произнесла я, и Валера, усмехнувшись, действительно разжал пальцы, качнулся назад.
— Посмотрим, что будет ещё через полгодика.
Он медленно развернулся и пошёл от меня через толпу.
А когда я смогла пробраться к Никите и села с ним пообниматься на весь зал прозвенел голос мужа:
— Дорогие гости, я безумно рад, что вы все сегодня собрались здесь для того, чтобы поздравить меня с днём рождения. Но на самом деле этого праздника не было бы…
Толпа как по мановению расступилась, показывая мне мужа, и я гулко сглотнула.
— Этого бы праздника не было, если бы не хозяйка сегодняшнего вечера. Чудесная Милана, дорогая, поднимись на сцену, гости тебе поаплодируют.
Это было хуже, чем предательство.
Это был унизительный тычок в спину, чтобы я упала.






